спрятался сам. Тем же, что вы упорствуете в своем
вопросе, вы не только сами прячетесь, но еще верите, что,
разделяя с искомым предметом свойство "спрятанности", вы его
приближаете к себе. Как я могу вам ответить, есть ли Бог, когда
речь, может быть, идет о сладком горошке или футбольных
флажках? Вы не там и не так ищете, шер мосье, вот все, что я
могу вам ответить. А если вам кажется, что из этого ответа
можно сделать малейший вывод о ненужности или нужности Бога, то
так получается именно потому, что вы не там и не так ищете. А
не вы ли обещали, что не будете мыслить логически ?
-- Сейчас поймаю и вас, Фальтер. Посмотрим, как вам
удастся избежать прямого утверждения. Итак, нельзя искать
заглавия мира в иероглифах божества?
-- Простите,-- ответил Фальтер.-- Посредством цветистости
слога и грамматического трюка вы просто гримируете ожидаемое
вами отрицание под ожидаемое да. Я сейчас только отрицаю. Я
отрицаю целесообразность искания истины в области общепринятой
теологии,-- а во избежание лишней работы со стороны вашей мысли
спешу добавить, что употребленный мной эпитет -- тупик. Не
сворачивайте туда. Я прекращу разговор за неимением
собеседника, если вы воскликнете "Ага, есть другая истина!" --
ибо это будет значить, что вы так хорошо себя запрятали, что
потеряли себя.
-- Хорошо. Поверю вам. Допустим, что теология засоряет
вопрос. Так, Фальтер?
-- Барыня прислала сто рублей,-- сказал Фальтер, -- Ладно,
оставим и этот неправильный путь. Хотя, вероятно, вы могли бы
мне объяснить, почему именно он неправилен (ибо тут есть что-то
странное, неуловимое, заставляющее вас сердиться), и тогда мне
было бы ясно ваше нежелание отвечать?
-- Мог бы,-- сказал Фальтер,-- но это было бы равносильно
раскрытию сути, то есть как раз тому, чего вы от мен" не
добьетесь.
-- Вы повторяетесь, Фальтер. Неужели вы будете так же
изворачиваться, если я, скажем, спрошу, можно ли рассчитывать
на загробную жизнь. -- Вам это очень интересно?
-- Так же, как и вам, Фальтер. Что бы вы ни знали о
смерти, мы оба смертны.
-- Во-первых,-- сказал Фальтер,-- обратите внимание на
следующий любопытный подвох: всякий человек смертен; вы (или я)
-- человек; значит, вы можете быть и не смертны. Почему? Да
потому что выбранный человек тем самым уже перестает быть
всяким. Вместе с тем мы с вами все-таки смертны, но я смертен
иначе, чем вы.
-- Не шпыняйте мою бедную логику, а ответьте мне просто,
есть ли хоть подобие существования личности за гробом, или все
кончается идеальной тьмой.
-- Bon,-- сказал Фальтер по привычке русских во Франции.--
Вы хотите знать, вечно ли господин Синеусов будет пребывать в
уюте господина Синеусова, или же все вдруг исчезнет? Тут есть
две мысли, не правда ли? Перманентное освещение и черная
чепуха. Мало того, несмотря на разность метафизической масти,
они чрезвычайно друг на друга похожи. При этом они движутся
параллельно. Они движутся даже весьма быстро. Да здравствует
тотализатор! У-тю-тю, смотрите в бинокль, они у вас бегут
наперегонки, и вы очень хотели бы знать, какая прибежит первая
к столбу истины, но тем, что вы требуете от меня ответа, да или
нет, на любую из них, вы хотите, чтобы я одну на всем бегу
поймал за шиворот -- а шиворот у бесенят скользкий,-- но если
бы я
вопросе, вы не только сами прячетесь, но еще верите, что,
разделяя с искомым предметом свойство "спрятанности", вы его
приближаете к себе. Как я могу вам ответить, есть ли Бог, когда
речь, может быть, идет о сладком горошке или футбольных
флажках? Вы не там и не так ищете, шер мосье, вот все, что я
могу вам ответить. А если вам кажется, что из этого ответа
можно сделать малейший вывод о ненужности или нужности Бога, то
так получается именно потому, что вы не там и не так ищете. А
не вы ли обещали, что не будете мыслить логически ?
-- Сейчас поймаю и вас, Фальтер. Посмотрим, как вам
удастся избежать прямого утверждения. Итак, нельзя искать
заглавия мира в иероглифах божества?
-- Простите,-- ответил Фальтер.-- Посредством цветистости
слога и грамматического трюка вы просто гримируете ожидаемое
вами отрицание под ожидаемое да. Я сейчас только отрицаю. Я
отрицаю целесообразность искания истины в области общепринятой
теологии,-- а во избежание лишней работы со стороны вашей мысли
спешу добавить, что употребленный мной эпитет -- тупик. Не
сворачивайте туда. Я прекращу разговор за неимением
собеседника, если вы воскликнете "Ага, есть другая истина!" --
ибо это будет значить, что вы так хорошо себя запрятали, что
потеряли себя.
-- Хорошо. Поверю вам. Допустим, что теология засоряет
вопрос. Так, Фальтер?
-- Барыня прислала сто рублей,-- сказал Фальтер, -- Ладно,
оставим и этот неправильный путь. Хотя, вероятно, вы могли бы
мне объяснить, почему именно он неправилен (ибо тут есть что-то
странное, неуловимое, заставляющее вас сердиться), и тогда мне
было бы ясно ваше нежелание отвечать?
-- Мог бы,-- сказал Фальтер,-- но это было бы равносильно
раскрытию сути, то есть как раз тому, чего вы от мен" не
добьетесь.
-- Вы повторяетесь, Фальтер. Неужели вы будете так же
изворачиваться, если я, скажем, спрошу, можно ли рассчитывать
на загробную жизнь. -- Вам это очень интересно?
-- Так же, как и вам, Фальтер. Что бы вы ни знали о
смерти, мы оба смертны.
-- Во-первых,-- сказал Фальтер,-- обратите внимание на
следующий любопытный подвох: всякий человек смертен; вы (или я)
-- человек; значит, вы можете быть и не смертны. Почему? Да
потому что выбранный человек тем самым уже перестает быть
всяким. Вместе с тем мы с вами все-таки смертны, но я смертен
иначе, чем вы.
-- Не шпыняйте мою бедную логику, а ответьте мне просто,
есть ли хоть подобие существования личности за гробом, или все
кончается идеальной тьмой.
-- Bon,-- сказал Фальтер по привычке русских во Франции.--
Вы хотите знать, вечно ли господин Синеусов будет пребывать в
уюте господина Синеусова, или же все вдруг исчезнет? Тут есть
две мысли, не правда ли? Перманентное освещение и черная
чепуха. Мало того, несмотря на разность метафизической масти,
они чрезвычайно друг на друга похожи. При этом они движутся
параллельно. Они движутся даже весьма быстро. Да здравствует
тотализатор! У-тю-тю, смотрите в бинокль, они у вас бегут
наперегонки, и вы очень хотели бы знать, какая прибежит первая
к столбу истины, но тем, что вы требуете от меня ответа, да или
нет, на любую из них, вы хотите, чтобы я одну на всем бегу
поймал за шиворот -- а шиворот у бесенят скользкий,-- но если
бы я