ысяч. Уличные беспорядки выражаются в демонстративных шествиях
частью с красными флагами, разгроме в некоторых пунктах лавок, частичным
прекращением забастовщиками трамвайного движения, столкновениях с полицией.
23 февраля ранены 2 помощника пристава, сегодня утром на Выборгской стороне
толпой снят с лошади и избит полицмейстер полковник Шалфеев, в виду чего
полицией произведено несколько выстрелов в направлении толпы, откуда
последовали ответные выстрелы. Сегодня днем более серьезные беспорядки
происходили около памятника Императору Александру III, на Знаменской
площади, где убит пристав Крылов. Движение носит неорганизованный стихийный
характер, наряду с эксцессами противоправительственного свойства буйствующие
местами приветствуют войска. Прекращению дальнейших беспорядков принимаются
энергичные меры военным начальством. Москве спокойно М. В. Д. Протопопов".
Около 9 часов вечера Хабалов получил напечатанную на юзе и переданную по
прямому проводу в генеральный штаб телеграмму: "Повелеваю завтра же
прекратить в столице беспорядки, недопустимые в тяжелое время войны с
Германией и Австрией. Николай".
Часов в 10 собрались начальники участков, командиры запасных частей,
которым Хабалов прочел телеграмму и сказал, что должно быть применено
последнее средство: если толпа агрессивна, действовать по уставу, т.-е.,
открывать огонь после троекратного сигнала; в остальных случаях-продолжать
действовать кавалерией.
Хабалова царская телеграмма "хватила обухом". Он так расстроился, что
когда вечером к нему позвонил Лелянов, он сказал ему: "Вы выдумали какой-то
незаконный проект, совершенно несогласный с городским положением, я не могу
на это согласиться". Дело в том, что заезжавший днем Протопопов сообщил, что
"город выдумал какой то революционный проект с продовольствием".
Весь день происходили заседания думских фракций, комиссий, бюро блока,
центрального бюро военно-промышленного комитета.
Вечернее заседание Городской Думы, где рассматривался вопрос о введении
хлебных карточек, по докладу охранного отделения, "вскоре приняло характер
памятных по 1905 году революционных митингов". На собрании говорили сенатор
Иванов, члены Государственной Думы Шингарев и Керенский, представители
рабочих; ждали Родзянко, но он не мог приехать, будучи занят в
Государственной Думе, где разбирался законопроект о расширении прав
городских самоуправлений в области продовольствия.
В ночь на 26 февраля "было арестовано около 100 членов революционных
организаций, в том числе 5 членов Петроградского Комитета Российской
Социал-демократической Партии". На собрании в помещении Центрального
Военно-Промышленного Комитета "были арестованы два члена Рабочей Группы,
избегнувшие задержания во время ликвидации в минувшем январе месяце этой
преступной группы".
Родзянко был у Голицына и просил его выйти в отставку. Голицын в ответ
указал папку на столе, в которой лежал указ о роспуске Думы, и просил
устроить совещание лидеров фракций, чтобы столковаться.
В 12 часов ночи началось совещание министров в квартире Голицына. Речь
шла о том, что в понедельник в Государственной Думе предполагается ряд
выступлений, которые могут заставить правительство закрыть Думу. Риттих
говорил о том, что Кабинет не может поладить с Думой, потому что Дума не
хочет ладит
частью с красными флагами, разгроме в некоторых пунктах лавок, частичным
прекращением забастовщиками трамвайного движения, столкновениях с полицией.
23 февраля ранены 2 помощника пристава, сегодня утром на Выборгской стороне
толпой снят с лошади и избит полицмейстер полковник Шалфеев, в виду чего
полицией произведено несколько выстрелов в направлении толпы, откуда
последовали ответные выстрелы. Сегодня днем более серьезные беспорядки
происходили около памятника Императору Александру III, на Знаменской
площади, где убит пристав Крылов. Движение носит неорганизованный стихийный
характер, наряду с эксцессами противоправительственного свойства буйствующие
местами приветствуют войска. Прекращению дальнейших беспорядков принимаются
энергичные меры военным начальством. Москве спокойно М. В. Д. Протопопов".
Около 9 часов вечера Хабалов получил напечатанную на юзе и переданную по
прямому проводу в генеральный штаб телеграмму: "Повелеваю завтра же
прекратить в столице беспорядки, недопустимые в тяжелое время войны с
Германией и Австрией. Николай".
Часов в 10 собрались начальники участков, командиры запасных частей,
которым Хабалов прочел телеграмму и сказал, что должно быть применено
последнее средство: если толпа агрессивна, действовать по уставу, т.-е.,
открывать огонь после троекратного сигнала; в остальных случаях-продолжать
действовать кавалерией.
Хабалова царская телеграмма "хватила обухом". Он так расстроился, что
когда вечером к нему позвонил Лелянов, он сказал ему: "Вы выдумали какой-то
незаконный проект, совершенно несогласный с городским положением, я не могу
на это согласиться". Дело в том, что заезжавший днем Протопопов сообщил, что
"город выдумал какой то революционный проект с продовольствием".
Весь день происходили заседания думских фракций, комиссий, бюро блока,
центрального бюро военно-промышленного комитета.
Вечернее заседание Городской Думы, где рассматривался вопрос о введении
хлебных карточек, по докладу охранного отделения, "вскоре приняло характер
памятных по 1905 году революционных митингов". На собрании говорили сенатор
Иванов, члены Государственной Думы Шингарев и Керенский, представители
рабочих; ждали Родзянко, но он не мог приехать, будучи занят в
Государственной Думе, где разбирался законопроект о расширении прав
городских самоуправлений в области продовольствия.
В ночь на 26 февраля "было арестовано около 100 членов революционных
организаций, в том числе 5 членов Петроградского Комитета Российской
Социал-демократической Партии". На собрании в помещении Центрального
Военно-Промышленного Комитета "были арестованы два члена Рабочей Группы,
избегнувшие задержания во время ликвидации в минувшем январе месяце этой
преступной группы".
Родзянко был у Голицына и просил его выйти в отставку. Голицын в ответ
указал папку на столе, в которой лежал указ о роспуске Думы, и просил
устроить совещание лидеров фракций, чтобы столковаться.
В 12 часов ночи началось совещание министров в квартире Голицына. Речь
шла о том, что в понедельник в Государственной Думе предполагается ряд
выступлений, которые могут заставить правительство закрыть Думу. Риттих
говорил о том, что Кабинет не может поладить с Думой, потому что Дума не
хочет ладит