е, где река или
материк в пруде очистились от льда, а на больших реках - по полыньям; потом
до лета нырки продолжают держаться по рекам и прудам, парами и в одиночку. В
продолжение лета нырков встречаешь мало, и то селезней, а осенью они опять
собираются к отлету большими стаями. Никогда не нахаживал я их гнезд, но
выводки мне попадались. Кажется, можно сказать утвердительно, что нырки не
вьют гнезд на твердой земле, как все предыдущие, описанные мною утиные
породы, а, подобно другим рыболовным уткам, ухитряются класть свои гнезда в
камышах или высокой густой осоке, на воде или над водою. Я нашел два такие
гнезда, и они будут описаны в своем месте. С нырка начинаются утиные породы,
которые почти лишены способности ходить по земле: лапы их так устроены, что
ими ловко только плавать, то есть гресть, как веслами; они посажены очень
близко к хвосту и торчат в заду. У нырка эта особенность еще не так резко
выдается, и он составляет как будто переходную породу. Нос у него
обыкновенного устройства, черноватый, не узенький и не бледно-рогового
цвета, как у всех остальных пород рыбалок, кроме черни. Все водоплавающие
птицы снабжены от заботливой природы густым и длинным пухом, не пропускающим
ни капли воды до их тела, но утки-рыбалки, начиная с нырка до гоголя
включительно (особенно последний), предназначенные всю жизнь проводить на
воде, снабжены предпочтительно самым густым пухом. Нырок всегда на воде: с
утра до вечера ловит мелкую рыбешку, не брезгуя, впрочем, никакими водяными
мелкими гадинами и насекомыми.
Утки с утятами, которые изумительно проворны, держатся упорно в камыше,
и трудно выгнать их на открытую воду. Нырки всегда довольно сыты, а осенью
бывают даже очень жирны; мясо их было бы сочно, мягко и вкусно, если б не
пахло сильно рыбой. Я встречал людей, которым этот запах был не противен, и
они считали нырков за лакомое кушанье. Если с нырка содрать кожу, выскоблить
начисто его внутренности, хорошенько выполоскать, помочить часа два в
солёной воде и потом зажарить, то рыбного запаху останется очень мало, и у
кого хорош аппетит, тот может кушать его с удовольствием. Нырок довольно
крепок к ружью и требует настоящей утиной дроби, не мельче 4-го нумера.
Есть точно такие же маленькие нырки, не более чирка, и есть еще нырки
большие, с красными головами, широким носом пепельного цвета и широкими
лапами абрикосового цвета. И тех и других мне видеть близко не удалось.
"з) Чернь"
Недаром дано этой породе уток собирательное имя: они появляются не
очень рано весной, всегда огромными стаями; не только в одиночку или
попарно, но даже маленькими стайками я никогда их не встречал. Обыкновенно
садятся они на большие, чистые пруды или озера и густым черным покрывалом
одевают светлую воду. Вода буквально кажется черною, а потому и в этом
отношении верно дано им название чернь. Они бывают у нас только пролетом:
весной и осенью; на больших водах держатся долго, особенно в хорошую, теплую
осень. Где выводят детей - не знаю, только не в тех уездах Оренбургской
губернии, где я живал, потому что с молодыми я никогда их не видывал (*
Недавно получил я известие от одного достоверного охотника, что он встречал
выводки черни в Оренбургской губернии. Я могу объяснить свою ошибку только
тем, что смешивал их с выводками белобрюшки или нырка: утки их очень
материк в пруде очистились от льда, а на больших реках - по полыньям; потом
до лета нырки продолжают держаться по рекам и прудам, парами и в одиночку. В
продолжение лета нырков встречаешь мало, и то селезней, а осенью они опять
собираются к отлету большими стаями. Никогда не нахаживал я их гнезд, но
выводки мне попадались. Кажется, можно сказать утвердительно, что нырки не
вьют гнезд на твердой земле, как все предыдущие, описанные мною утиные
породы, а, подобно другим рыболовным уткам, ухитряются класть свои гнезда в
камышах или высокой густой осоке, на воде или над водою. Я нашел два такие
гнезда, и они будут описаны в своем месте. С нырка начинаются утиные породы,
которые почти лишены способности ходить по земле: лапы их так устроены, что
ими ловко только плавать, то есть гресть, как веслами; они посажены очень
близко к хвосту и торчат в заду. У нырка эта особенность еще не так резко
выдается, и он составляет как будто переходную породу. Нос у него
обыкновенного устройства, черноватый, не узенький и не бледно-рогового
цвета, как у всех остальных пород рыбалок, кроме черни. Все водоплавающие
птицы снабжены от заботливой природы густым и длинным пухом, не пропускающим
ни капли воды до их тела, но утки-рыбалки, начиная с нырка до гоголя
включительно (особенно последний), предназначенные всю жизнь проводить на
воде, снабжены предпочтительно самым густым пухом. Нырок всегда на воде: с
утра до вечера ловит мелкую рыбешку, не брезгуя, впрочем, никакими водяными
мелкими гадинами и насекомыми.
Утки с утятами, которые изумительно проворны, держатся упорно в камыше,
и трудно выгнать их на открытую воду. Нырки всегда довольно сыты, а осенью
бывают даже очень жирны; мясо их было бы сочно, мягко и вкусно, если б не
пахло сильно рыбой. Я встречал людей, которым этот запах был не противен, и
они считали нырков за лакомое кушанье. Если с нырка содрать кожу, выскоблить
начисто его внутренности, хорошенько выполоскать, помочить часа два в
солёной воде и потом зажарить, то рыбного запаху останется очень мало, и у
кого хорош аппетит, тот может кушать его с удовольствием. Нырок довольно
крепок к ружью и требует настоящей утиной дроби, не мельче 4-го нумера.
Есть точно такие же маленькие нырки, не более чирка, и есть еще нырки
большие, с красными головами, широким носом пепельного цвета и широкими
лапами абрикосового цвета. И тех и других мне видеть близко не удалось.
"з) Чернь"
Недаром дано этой породе уток собирательное имя: они появляются не
очень рано весной, всегда огромными стаями; не только в одиночку или
попарно, но даже маленькими стайками я никогда их не встречал. Обыкновенно
садятся они на большие, чистые пруды или озера и густым черным покрывалом
одевают светлую воду. Вода буквально кажется черною, а потому и в этом
отношении верно дано им название чернь. Они бывают у нас только пролетом:
весной и осенью; на больших водах держатся долго, особенно в хорошую, теплую
осень. Где выводят детей - не знаю, только не в тех уездах Оренбургской
губернии, где я живал, потому что с молодыми я никогда их не видывал (*
Недавно получил я известие от одного достоверного охотника, что он встречал
выводки черни в Оренбургской губернии. Я могу объяснить свою ошибку только
тем, что смешивал их с выводками белобрюшки или нырка: утки их очень