для отыскания себе добычи и нередко залезает в
курятники и голубятни. Величиною он бывает несколько меньше и тоньше лесной
куницы, которая далеко превосходит его достоинством своего пушистого и
осистого меха; шерсть на хорьке коротка и жестка; летом она бывает
желтовато-бурого цвета, а зимою темная, как на соболе и на кунице. Хорьки
живут по полям в норах и в них выводят детей, числом от трех до четырех;
вероятно, зимою земляные летние норы заносятся снегом, и тогда хорьки живут
в снежных норах или под какими-нибудь строениями: мне случилось один раз
найти постоянное, зимнее жилье хорька под толстым стволом сломленного
дерева; он пролезал под него сверху, в сквозное дупло. Не один раз находил я
также хорька в снежной норе на большом расстоянии от человеческого жилья.
Хорек, равно как горностай и ласка, вполне хищный зверек; он ловит всяких
птиц, диких и дворовых, во время их сна на ночевках, нападает даже на гусей,
как уверяют охотники, в случае же нужды питается также крысами и мышами.
Хорек злобен до невероятности и в крайности не только огрызается, но
бросается даже на собаку. Огрызанье его сопровождается звуками, похожими на
щекотанье сороки. Хорек никогда не ходит, не бегает (* Точно так же
горностай и ласка), а прыгает, скачет, становясь обеими лапками вместе,
отчего след его издали может показаться лисьим нарыском, когда лиса спокойно
идет тихим шагом; обыкновенные прыжки хорька бывают около полуторы четверти,
а если он чем-нибудь испуган, то скачки его достигают до двух четвертей и
более. Ловят хорьков маленькими капканами и самострелами. Капканы становятся
на тех местах, по которым непременно должен пройти хорек, вылезая или влезая
в свою нору или пролезая сквозь какое-нибудь отверстие в курятник, подвал,
голубятню, куда он повадился ходить за своей добычей. Самострелы становятся
непременно над отверстием хорьковой норы, когда он застигнут в ней
охотником, потому что хорек может попасть в самострел, только вылезая из
норы. Самострел - довольно замысловатое орудие, и трудно получить об нем
понятие без рисунка. Это не что иное, как натянутый лук со стрелою, которая,
вместо копья, оканчивается довольно широкою лопаточкою; лопаточка ходит в
пазах длинной рамки, вделанной прочно в средину лука, и, будучи спущена,
плотно и крепко прижимается силою тетивы к краю рамки. Настороженный
самострел накладывается на выход из норы, и хорек не может из нее вылезть,
не тронув сторожка, утвержденного поперек открытого отверстия рамки; как
скоро сторожок соскочит, тетива спускается, и стрела мгновенно прищемляет
зверька. Горностай и ласка могут быть причислены к одному роду. Вся разница
между ними состоит в том, что горностай вдвое толще и вершка на три длиннее
ласки; фигура, все стати, нравы и цвет шерсти у них совершенно одинаковы,
кроме того, что у горностая кончик хвоста черный. Оба эти зверька летом
имеют шкурку рыжевато-бурую, которая кажется тогда даже пестрою, а зимой -
белую как снег; оба хищной породы и питаются мясом; оба имеют, с первого
взгляда, очень грациозную наружность; но, всмотревшись хорошенько в
очертание их рта, вооруженного частыми и острыми зубами, особенно в их
маленькие, бесцветные глазки, почувствуешь, что они принадлежат к злобной и
кровожадной породе зверей. Особенно ласка, будучи слишком длинна и тонка и
потому изгибая с
курятники и голубятни. Величиною он бывает несколько меньше и тоньше лесной
куницы, которая далеко превосходит его достоинством своего пушистого и
осистого меха; шерсть на хорьке коротка и жестка; летом она бывает
желтовато-бурого цвета, а зимою темная, как на соболе и на кунице. Хорьки
живут по полям в норах и в них выводят детей, числом от трех до четырех;
вероятно, зимою земляные летние норы заносятся снегом, и тогда хорьки живут
в снежных норах или под какими-нибудь строениями: мне случилось один раз
найти постоянное, зимнее жилье хорька под толстым стволом сломленного
дерева; он пролезал под него сверху, в сквозное дупло. Не один раз находил я
также хорька в снежной норе на большом расстоянии от человеческого жилья.
Хорек, равно как горностай и ласка, вполне хищный зверек; он ловит всяких
птиц, диких и дворовых, во время их сна на ночевках, нападает даже на гусей,
как уверяют охотники, в случае же нужды питается также крысами и мышами.
Хорек злобен до невероятности и в крайности не только огрызается, но
бросается даже на собаку. Огрызанье его сопровождается звуками, похожими на
щекотанье сороки. Хорек никогда не ходит, не бегает (* Точно так же
горностай и ласка), а прыгает, скачет, становясь обеими лапками вместе,
отчего след его издали может показаться лисьим нарыском, когда лиса спокойно
идет тихим шагом; обыкновенные прыжки хорька бывают около полуторы четверти,
а если он чем-нибудь испуган, то скачки его достигают до двух четвертей и
более. Ловят хорьков маленькими капканами и самострелами. Капканы становятся
на тех местах, по которым непременно должен пройти хорек, вылезая или влезая
в свою нору или пролезая сквозь какое-нибудь отверстие в курятник, подвал,
голубятню, куда он повадился ходить за своей добычей. Самострелы становятся
непременно над отверстием хорьковой норы, когда он застигнут в ней
охотником, потому что хорек может попасть в самострел, только вылезая из
норы. Самострел - довольно замысловатое орудие, и трудно получить об нем
понятие без рисунка. Это не что иное, как натянутый лук со стрелою, которая,
вместо копья, оканчивается довольно широкою лопаточкою; лопаточка ходит в
пазах длинной рамки, вделанной прочно в средину лука, и, будучи спущена,
плотно и крепко прижимается силою тетивы к краю рамки. Настороженный
самострел накладывается на выход из норы, и хорек не может из нее вылезть,
не тронув сторожка, утвержденного поперек открытого отверстия рамки; как
скоро сторожок соскочит, тетива спускается, и стрела мгновенно прищемляет
зверька. Горностай и ласка могут быть причислены к одному роду. Вся разница
между ними состоит в том, что горностай вдвое толще и вершка на три длиннее
ласки; фигура, все стати, нравы и цвет шерсти у них совершенно одинаковы,
кроме того, что у горностая кончик хвоста черный. Оба эти зверька летом
имеют шкурку рыжевато-бурую, которая кажется тогда даже пестрою, а зимой -
белую как снег; оба хищной породы и питаются мясом; оба имеют, с первого
взгляда, очень грациозную наружность; но, всмотревшись хорошенько в
очертание их рта, вооруженного частыми и острыми зубами, особенно в их
маленькие, бесцветные глазки, почувствуешь, что они принадлежат к злобной и
кровожадной породе зверей. Особенно ласка, будучи слишком длинна и тонка и
потому изгибая с