нно поскакал туда и нашел подстреленную сивку, которая
не имела сил подняться, а только ползла, потому что одна нога была
переломлена; стая поднялась выше. Я сейчас отослал дрожки и лошадей прочь, а
сам лег недалеко от подстреленной птицы; стая сивок стала опускаться и
налетела на меня довольно близко; одним выстрелом я убил пять штук, после
чего остальные перелетели на другое поле. Потом я уже много раз пользовался
этим средством с успехом. - Самое выгодное время стрелять озимых кур -
дождливые, ненастные дни, тогда они гораздо смирнее: мало вьются вверху,
менее бегают по мокрой пашне и даже иногда сидят на одном месте, собравшись
в кучу. Покуда не были изобретены пистоны, дождь не только мешал стрелять,
но даже иногда прогонял с поля охотника, потому что у ружей с кремнями очень
трудно укрывать полку с порохом: он как раз отсыреет и даже замокнет, а при
сильном дожде и никакое сбережение невозможно; но с пистонами дождь не
помеха, и сивок, без сомнения, можно убить очень много в одно поле. Говорю
это предположительно: с тех пор, как ввелись в употребление замки нового
устройства, мне не удалось и видеть озимых кур.
Вообще, как я уже сказал, сивка довольно сильная и крепкая к ружью
дичь, и потому дробь надобно употреблять не мельче 6-го или 7-го нумера.
Впрочем, все зависит от расстояния. Мне случалось стрелять их бекасинником в
ненастную погоду и крупною утиною дробью в вёдро, когда они вьются кверху.
Сивки никогда не бывают жирны, но зато и не бывают худы, а всегда сыты. Мясо
их очень сочно и вкусно.
В 1822 году, в Белебеевском уезде Оренбургской губернии, поехал я
осматривать яровые всходы, разумеется с ружьем, потому что я с ним никогда
не расставался. Вдруг ехавший со мной крестьянин указал мне пересевшую
небольшую станичку полевых курахтанчиков. Я приказал сейчас поворотить к ним
и, подъехав в меру, выстрелил. Станичка, десятка в три или четыре, быстро
взвилась и улетела вон из виду; я убил три штуки. Когда их принесли, я
пришел в крайнее изумление: вместо обыкновенных темно-зеленых, пестрых
озимых кур я увидел птиц, совершенно похожих на сивок складом, только
несколько поменьше, но совершенно неизвестных по их перьям. Как досадно, что
я тогда же не описал их с натуры! Крестьянин уверял меня, что таких много
шатается по полям; он ошибся: я не только в эту весну, но и никогда уже
таких сивок не встречал; я все называю их сивками, потому что неизвестные
птички были совершенно на них похожи всем своим образованьем, кроме того,
что головки их показались мне не так велики и более соразмерны с общею
величиной тела. Они были очень красивы: цвет перьев светло-коричневый, и от
глаз, вдоль шеи, лежали беловатые полоски... больше не помню ничего.
Есть еще порода "болотных сивок", близко подходящих перьями к
кроншнепу. Они стаями не летают, а попадаются в одиночку по отмелям рек и
берегам прудов, но я их почти не знаю.
"8. МОРСКАЯ ЛАСТОЧКА, КРАСНОУСТИК"
Первое названье заимствовано мною из "Совершенного егеря". Дано ли это
имя по сходству птички с ласточкой, а слово морская пошло в придачу так, без
всякого основания, или точно живет она около морей и там называется морскою
ласточкою - ничего сказать не могу. Некоторые оренбургские охотники, в том
числе и я, называют ее красноустик, а крестьяне, так же как и сивку, -
полев
не имела сил подняться, а только ползла, потому что одна нога была
переломлена; стая поднялась выше. Я сейчас отослал дрожки и лошадей прочь, а
сам лег недалеко от подстреленной птицы; стая сивок стала опускаться и
налетела на меня довольно близко; одним выстрелом я убил пять штук, после
чего остальные перелетели на другое поле. Потом я уже много раз пользовался
этим средством с успехом. - Самое выгодное время стрелять озимых кур -
дождливые, ненастные дни, тогда они гораздо смирнее: мало вьются вверху,
менее бегают по мокрой пашне и даже иногда сидят на одном месте, собравшись
в кучу. Покуда не были изобретены пистоны, дождь не только мешал стрелять,
но даже иногда прогонял с поля охотника, потому что у ружей с кремнями очень
трудно укрывать полку с порохом: он как раз отсыреет и даже замокнет, а при
сильном дожде и никакое сбережение невозможно; но с пистонами дождь не
помеха, и сивок, без сомнения, можно убить очень много в одно поле. Говорю
это предположительно: с тех пор, как ввелись в употребление замки нового
устройства, мне не удалось и видеть озимых кур.
Вообще, как я уже сказал, сивка довольно сильная и крепкая к ружью
дичь, и потому дробь надобно употреблять не мельче 6-го или 7-го нумера.
Впрочем, все зависит от расстояния. Мне случалось стрелять их бекасинником в
ненастную погоду и крупною утиною дробью в вёдро, когда они вьются кверху.
Сивки никогда не бывают жирны, но зато и не бывают худы, а всегда сыты. Мясо
их очень сочно и вкусно.
В 1822 году, в Белебеевском уезде Оренбургской губернии, поехал я
осматривать яровые всходы, разумеется с ружьем, потому что я с ним никогда
не расставался. Вдруг ехавший со мной крестьянин указал мне пересевшую
небольшую станичку полевых курахтанчиков. Я приказал сейчас поворотить к ним
и, подъехав в меру, выстрелил. Станичка, десятка в три или четыре, быстро
взвилась и улетела вон из виду; я убил три штуки. Когда их принесли, я
пришел в крайнее изумление: вместо обыкновенных темно-зеленых, пестрых
озимых кур я увидел птиц, совершенно похожих на сивок складом, только
несколько поменьше, но совершенно неизвестных по их перьям. Как досадно, что
я тогда же не описал их с натуры! Крестьянин уверял меня, что таких много
шатается по полям; он ошибся: я не только в эту весну, но и никогда уже
таких сивок не встречал; я все называю их сивками, потому что неизвестные
птички были совершенно на них похожи всем своим образованьем, кроме того,
что головки их показались мне не так велики и более соразмерны с общею
величиной тела. Они были очень красивы: цвет перьев светло-коричневый, и от
глаз, вдоль шеи, лежали беловатые полоски... больше не помню ничего.
Есть еще порода "болотных сивок", близко подходящих перьями к
кроншнепу. Они стаями не летают, а попадаются в одиночку по отмелям рек и
берегам прудов, но я их почти не знаю.
"8. МОРСКАЯ ЛАСТОЧКА, КРАСНОУСТИК"
Первое названье заимствовано мною из "Совершенного егеря". Дано ли это
имя по сходству птички с ласточкой, а слово морская пошло в придачу так, без
всякого основания, или точно живет она около морей и там называется морскою
ласточкою - ничего сказать не могу. Некоторые оренбургские охотники, в том
числе и я, называют ее красноустик, а крестьяне, так же как и сивку, -
полев