ет,
и такой мокрый дождь, да еще... еще то, что вам холодно
будет, мой ангельчик; сердечку-то вашему будет холодно!
Ведь вот вы боитесь чужого человека, а едете. А я-то
на кого здесь один останусь? Да вот Федора говорит, что
вас счастие ожидает большое... да ведь она баба буйная
и меня погубить желает. Пойдете ли вы ко всенощной сегодня,
маточка? Я бы вас пошел посмотреть. Оно, правда,
маточка, совершенная правда, что вы девица ученая.
добродетельная и чувствительная, только пусть уж он
лучше женится на купчихе! Как вы думаете, маточка?
пусть уж лучше на купчихе-то женится! Я к вам, Варенька
вы моя, как смеркнется, так и забегу на часок. Нынч.
ведь рано смеркается, так я и забегу. Я, маточка, к вам
непременно на часочек приду сегодня. Вот вы теперь
ждете Быкова, а как он уйдег, так тогда... Вот подождите,
маточка, я забегу...
Друг мой, Макар Алексеевич!
Макар Девушкин.
Сентября 27.
Господин Быков сказал, что у меня непременно должно
быть на три дюжины рубашек голландского полотна.
Так нужно как можно скорее приискать белошвеек
для двух дюжин, а времени у нас очень мало. Господин
Быков сердится, говорит, что с этими тряпками ужасно
много возни. Свадьба наша через пять дней, а на другой
день после свадьоы мы едем. Господин Быков торопится,
говорит, что на вздор много времени не нужно терять.
Я измучилась от хлопот и чуть на ногах стою. Дела
страшчая куча, а, право, лучше, если б этого ничего не
было. Да еще: у нас недостает блонд и кружева, так вот
нужно бы прикупить, потому что господин Быков говорит,
что он не хочет, чтобы жена его как кухарка ходила,
и что я непременно должна <утереть нос всем помещи-
112
цам>. Так он сам говорит. Так вот, Макар Алексеевич,
адресуйтесь, пожалуйста, к мадам Шифон в Гороховую
и попросите, во-первых, прислать к нам белошвеек, а во-
вторых, чтоб и сама потрудилась заехать. Я сегодня
больна. На новой квартире у нас так холодно и беспорядки
ужасные. Тетушка господина Быкова чуть-чуть
дышит от старости. Я боюсь, чтобы не умерла до нашего
отъезда, но господин Быков говорит, что ничего, очнется.
В доме у нас беспорядки ужасные. Господин Быков с нами
не живет, так люди все разбегаются, бог знает куда.
Случается, что одна Федора нам прислуживает: а камердинер
господина Быкова, который смотрит за всем, уже
третий день неизвестно где пропадает. Господин Быков
заезжает каждое утро, все сердится и вчера побил приказчика
дома, за что имел неприятности с полицией... Не
с кем было к вам и письма-то послать. Пишу по городской
почте. Да! Чуть было не забыла самого важного.
Скажите мадам Шифон, чтобы блонды она непременно
переменила, сообразуясь со вчерашним образчиком,
и чтобы сама заехала ко мне показать новый выбор. Да
скажите еще, что я раздумала насчет канзу; что его
нужно вышивать крошью. Да еще: буквы для вензелей
на платках вышивать тамбуром; слышите ли? тамбуром,
а не гладью. Смотрите же не забудьте, что тамбуром!
Вот еще чуть было не забыла! Передайте ей, ради бога,
чтобы листики на пелерине шить возвышенно, усики
и шипы кордонне, а потом обшить воротник кружевом
или широкой фальбалой. Пожалуйста, передайте, Макар
Алексеевич.
Ваша
В. Д.
P. S. Мне так совестно, что я все вас мучаю моими
комиссиями. Вот и третьего дня вы целое утро бегали.
Но что делать! У нас в доме нет никакого порядка, а я
сама нездорова. Так не досадуйте на меня, Макар Алексеевич.
Такая тоска! Ах, что это будет, друг мой, милый
мой, добрый мой Макар Алексееви
и такой мокрый дождь, да еще... еще то, что вам холодно
будет, мой ангельчик; сердечку-то вашему будет холодно!
Ведь вот вы боитесь чужого человека, а едете. А я-то
на кого здесь один останусь? Да вот Федора говорит, что
вас счастие ожидает большое... да ведь она баба буйная
и меня погубить желает. Пойдете ли вы ко всенощной сегодня,
маточка? Я бы вас пошел посмотреть. Оно, правда,
маточка, совершенная правда, что вы девица ученая.
добродетельная и чувствительная, только пусть уж он
лучше женится на купчихе! Как вы думаете, маточка?
пусть уж лучше на купчихе-то женится! Я к вам, Варенька
вы моя, как смеркнется, так и забегу на часок. Нынч.
ведь рано смеркается, так я и забегу. Я, маточка, к вам
непременно на часочек приду сегодня. Вот вы теперь
ждете Быкова, а как он уйдег, так тогда... Вот подождите,
маточка, я забегу...
Друг мой, Макар Алексеевич!
Макар Девушкин.
Сентября 27.
Господин Быков сказал, что у меня непременно должно
быть на три дюжины рубашек голландского полотна.
Так нужно как можно скорее приискать белошвеек
для двух дюжин, а времени у нас очень мало. Господин
Быков сердится, говорит, что с этими тряпками ужасно
много возни. Свадьба наша через пять дней, а на другой
день после свадьоы мы едем. Господин Быков торопится,
говорит, что на вздор много времени не нужно терять.
Я измучилась от хлопот и чуть на ногах стою. Дела
страшчая куча, а, право, лучше, если б этого ничего не
было. Да еще: у нас недостает блонд и кружева, так вот
нужно бы прикупить, потому что господин Быков говорит,
что он не хочет, чтобы жена его как кухарка ходила,
и что я непременно должна <утереть нос всем помещи-
112
цам>. Так он сам говорит. Так вот, Макар Алексеевич,
адресуйтесь, пожалуйста, к мадам Шифон в Гороховую
и попросите, во-первых, прислать к нам белошвеек, а во-
вторых, чтоб и сама потрудилась заехать. Я сегодня
больна. На новой квартире у нас так холодно и беспорядки
ужасные. Тетушка господина Быкова чуть-чуть
дышит от старости. Я боюсь, чтобы не умерла до нашего
отъезда, но господин Быков говорит, что ничего, очнется.
В доме у нас беспорядки ужасные. Господин Быков с нами
не живет, так люди все разбегаются, бог знает куда.
Случается, что одна Федора нам прислуживает: а камердинер
господина Быкова, который смотрит за всем, уже
третий день неизвестно где пропадает. Господин Быков
заезжает каждое утро, все сердится и вчера побил приказчика
дома, за что имел неприятности с полицией... Не
с кем было к вам и письма-то послать. Пишу по городской
почте. Да! Чуть было не забыла самого важного.
Скажите мадам Шифон, чтобы блонды она непременно
переменила, сообразуясь со вчерашним образчиком,
и чтобы сама заехала ко мне показать новый выбор. Да
скажите еще, что я раздумала насчет канзу; что его
нужно вышивать крошью. Да еще: буквы для вензелей
на платках вышивать тамбуром; слышите ли? тамбуром,
а не гладью. Смотрите же не забудьте, что тамбуром!
Вот еще чуть было не забыла! Передайте ей, ради бога,
чтобы листики на пелерине шить возвышенно, усики
и шипы кордонне, а потом обшить воротник кружевом
или широкой фальбалой. Пожалуйста, передайте, Макар
Алексеевич.
Ваша
В. Д.
P. S. Мне так совестно, что я все вас мучаю моими
комиссиями. Вот и третьего дня вы целое утро бегали.
Но что делать! У нас в доме нет никакого порядка, а я
сама нездорова. Так не досадуйте на меня, Макар Алексеевич.
Такая тоска! Ах, что это будет, друг мой, милый
мой, добрый мой Макар Алексееви