. Обычно он сжат в крохотную щелку, как камера сдутого мяча, но, когда мы
испытываем страх, он расширяется и становится чуть влажным. Он играет в нашей анатомии
такую же роль, какую специальный полый цилиндр из пластмассы играет в экипировке
работников обезьяньего питомника.
Дело в том, что у больших обезьян приняты те же технологии контроля, что и в уголовной
или политической среде: стоящие у руля самцы ритуально опускают тех, кто, как им кажется,
претендует на неоправданно высокий статус. Иногда в этой роли оказываются посторонние -
электрики, лаборанты и так далее (я имею в виду, в питомнике). Чтобы быть готовыми к такому
повороту событий, они носят между ног подвешенный на ремешках полый цилиндр из
пластмассы, который называют дивным словом "хуеуловитель". В нем гарантия безопасности:
если на них набрасывается большой самец, одержимый чувством социальной справедливости,
им надо всего-навсего наклониться и подождать несколько минут - обезьянье негодование
достается этому цилиндру. Затем они могут продолжить свой путь.
Вот так же и я - могла продолжить свой путь. Он вел в ванную, где я первым делом
осмотрела свое тело. Если не считать того, что рудиментарная впадина под хвостом была
натерта-и покраснела,
все обошлось. Правда, моя задняя часть ныла, как будто я целый час каталась на
взбесившейся лошади (что было довольно точным описанием случившегося), его травмой это
нельзя было назвать. Природа определенно готовила ко встрече с волками-оборотнями.
Я предчувствовала, что мне придется искупаться в его перламутровой ванне - и
предчувствие не обмануло. Весь мой хвост, живот и ноги запачкало этой волчьей гадостью,
которую я тщательно смыла шампунем. Потом я быстро высушила хвост феном и оделась. Мне
пришло в голову, что неплохо было бы обыскать помещение.
Но обыскивать в этом роскошном пустом ангаре было практически нечего - ни шкафов,
ни комодов, ни выдвижных ящиков. Двери, которые вели в другие комнаты, были заперты. Тем
не менее, результаты оказались интересными.
На рабочем столе рядом с элегантным компьютером-моноблоком стоял массивный
серебряный предмет, который я с первого взгляда приняла за статуэтку. При более
внимательном рассмотрении предмет оказался обрезателем сигар. Он изображал лежащую на
боку Монику Левински, задравшую к потолку ногу-рычаг, при нажатии на которую (я не
смогла удержаться) не только срабатывала гильотинка в кольце между ляжками, но и появлялся
язычок голубого пламени из открытого рта. Вещица была что надо, только американский флаг,
который Моника держала в руке, показался мне лишним: иногда достаточно крохотной гирьки,
чтобы сместилось равновесие, и эротика превратилась в кит-чеватый агитпроп.
Серебряная Моника прижимала к столу большую папку-скоросшиватель. Внутри была
стопка бумаг самого разного вида.
На самом верху лежал, судя по глянцу, лист из альбома по искусству. С него на меня
глядел огромный желтоглазый волк с похожей на букву "F" руной на груди - фотография
скульптуры, сделанной из дерева и янтаря (янтарными были глаза). Подпись гласила:
"ФЕНРИР
Сын Локи, огромный волк, гонящийся по небу за солнцем. Когда Фенрир догонит
и пожрет его - наступит Рагнарек. Фенрир связан до Рагнарека. В Рагнарек он убьет
Одина и будет убит Вид аром".
Из подписи было непонятно, каким образом Фенрир догонит солнце и пожрет его, если до
Рагнарека он связан, а Рагнарек наступит тогд
испытываем страх, он расширяется и становится чуть влажным. Он играет в нашей анатомии
такую же роль, какую специальный полый цилиндр из пластмассы играет в экипировке
работников обезьяньего питомника.
Дело в том, что у больших обезьян приняты те же технологии контроля, что и в уголовной
или политической среде: стоящие у руля самцы ритуально опускают тех, кто, как им кажется,
претендует на неоправданно высокий статус. Иногда в этой роли оказываются посторонние -
электрики, лаборанты и так далее (я имею в виду, в питомнике). Чтобы быть готовыми к такому
повороту событий, они носят между ног подвешенный на ремешках полый цилиндр из
пластмассы, который называют дивным словом "хуеуловитель". В нем гарантия безопасности:
если на них набрасывается большой самец, одержимый чувством социальной справедливости,
им надо всего-навсего наклониться и подождать несколько минут - обезьянье негодование
достается этому цилиндру. Затем они могут продолжить свой путь.
Вот так же и я - могла продолжить свой путь. Он вел в ванную, где я первым делом
осмотрела свое тело. Если не считать того, что рудиментарная впадина под хвостом была
натерта-и покраснела,
все обошлось. Правда, моя задняя часть ныла, как будто я целый час каталась на
взбесившейся лошади (что было довольно точным описанием случившегося), его травмой это
нельзя было назвать. Природа определенно готовила ко встрече с волками-оборотнями.
Я предчувствовала, что мне придется искупаться в его перламутровой ванне - и
предчувствие не обмануло. Весь мой хвост, живот и ноги запачкало этой волчьей гадостью,
которую я тщательно смыла шампунем. Потом я быстро высушила хвост феном и оделась. Мне
пришло в голову, что неплохо было бы обыскать помещение.
Но обыскивать в этом роскошном пустом ангаре было практически нечего - ни шкафов,
ни комодов, ни выдвижных ящиков. Двери, которые вели в другие комнаты, были заперты. Тем
не менее, результаты оказались интересными.
На рабочем столе рядом с элегантным компьютером-моноблоком стоял массивный
серебряный предмет, который я с первого взгляда приняла за статуэтку. При более
внимательном рассмотрении предмет оказался обрезателем сигар. Он изображал лежащую на
боку Монику Левински, задравшую к потолку ногу-рычаг, при нажатии на которую (я не
смогла удержаться) не только срабатывала гильотинка в кольце между ляжками, но и появлялся
язычок голубого пламени из открытого рта. Вещица была что надо, только американский флаг,
который Моника держала в руке, показался мне лишним: иногда достаточно крохотной гирьки,
чтобы сместилось равновесие, и эротика превратилась в кит-чеватый агитпроп.
Серебряная Моника прижимала к столу большую папку-скоросшиватель. Внутри была
стопка бумаг самого разного вида.
На самом верху лежал, судя по глянцу, лист из альбома по искусству. С него на меня
глядел огромный желтоглазый волк с похожей на букву "F" руной на груди - фотография
скульптуры, сделанной из дерева и янтаря (янтарными были глаза). Подпись гласила:
"ФЕНРИР
Сын Локи, огромный волк, гонящийся по небу за солнцем. Когда Фенрир догонит
и пожрет его - наступит Рагнарек. Фенрир связан до Рагнарека. В Рагнарек он убьет
Одина и будет убит Вид аром".
Из подписи было непонятно, каким образом Фенрир догонит солнце и пожрет его, если до
Рагнарека он связан, а Рагнарек наступит тогд