ся из организма
так сильно, что оставшиеся незначительные его следы невозможно было
обнаружить существующими методами? Значит, надо искать иные методы, с
помощью которых можно было бы обнаружить даже самые мельчайшие следы
мышьяка.
Очевидно, из-за того, что Орфила был лишь великим компилятором и
экспериментатором, но первооткрывателем, в сущности, не являлся, новый метод
открыл не он, а неизвестный английский химик, ставший в отчаянии от своей
нищеты пьяницей, служащий Британского королевского арсенала в Вулидже, под
Лондоном, Джеймс Марш.
В библиотеке арсенала Марш натолкнулся на труды Карла Вильгельма Шееле
(умершего за сорок семь лет до этого аптекаря из города Кепинга),
посвященные процессу возникновения мышьяковистого водорода. Выводы, к
которым пришел после их изучения Марш, были слишком просты, чтобы прийти в
голову людям типа Орфила. Если в содержащую мышьяк жидкость добавить немного
серной или соляной кислоты и сверх того цинк, то в результате химической
реакции появлялся водород, который соединялся с мышьяком (и с любым его
соединением), образуя газообразный мышьяковистый водород. Когда его
пропускали через горячую трубку, он снова распадался на водород и мышьяк, и
металлический мышьяк можно было уловить и собрать. Марш велел изготовить для
него стеклянную трубку подковообразной формы, один конец которой был открыт,
в то время как другой заканчивался остроконечным стеклянным соплом. В той
части трубки, которая заканчивалась соплом, он укрепил кусочек цинка, а в
открытый конец трубки наливал проверяемую жидкость (подозрительный раствор
или экстракт содержимого желудка), обогащенную кислотой. Когда жидкость
достигала цинка, достаточно было даже невообразимо малых следов мышьяка,
чтобы образовался мышьяковистый водород, который улетучивался через сопло.
Улетучивавшийся газ Марш поджигал, держа против пламени холодное фарфоровое
блюдце. Металлический мышьяк оседал на нем в виде черноватых пятнышек на
фарфоре. Этот процесс можно было продолжать до тех пор, пока весь мышьяк не
удалится из жидкости и не будет собран в блюдце. Данный способ, как
оказалось впоследствии, был настолько чувствительным, что даже количество
мышьяка порядка одной тысячной доли миллиграмма, введенное в исследуемую
жидкость, было заметно на блюдце невооруженным глазом в виде бляшек.
Когда в октябре 1836 г. Дзеймс Марш опубликовал в "Эдинбургском
философском журнале" статью о своем открытии, он и сам не предполагал, что
изобрел способ, который завоюет всю токсикологию, а в качестве метода
обнаружения мышьяка станет попросту непреходящим.
Орфила (при всей склонности к суетности, честолюбию и тиранству) был
достаточно дальновиден, чтобы первым признать значение аппарата Марша. В
Париже разгорелось соперничество за открытие все новых тайн мышьяка с
помощью этого аппарата. Врачи и химики, такие, как, например, Девержи,
Оливье, Баррюэль и Распай, соревновались с Орфила, который первым устранил
некоторые трудности, возникшие при исследовании способом Марша экстрактов
желудка, печени, селезенки или иных органов. Такого рода огранические
экстракты, не очищенные от белка, жира и "другой материи", пенились и тем
самым препятствовали образованию газа. Орфила дополнил этот метод
обугливанием при помощи азотной кислоты, котор
так сильно, что оставшиеся незначительные его следы невозможно было
обнаружить существующими методами? Значит, надо искать иные методы, с
помощью которых можно было бы обнаружить даже самые мельчайшие следы
мышьяка.
Очевидно, из-за того, что Орфила был лишь великим компилятором и
экспериментатором, но первооткрывателем, в сущности, не являлся, новый метод
открыл не он, а неизвестный английский химик, ставший в отчаянии от своей
нищеты пьяницей, служащий Британского королевского арсенала в Вулидже, под
Лондоном, Джеймс Марш.
В библиотеке арсенала Марш натолкнулся на труды Карла Вильгельма Шееле
(умершего за сорок семь лет до этого аптекаря из города Кепинга),
посвященные процессу возникновения мышьяковистого водорода. Выводы, к
которым пришел после их изучения Марш, были слишком просты, чтобы прийти в
голову людям типа Орфила. Если в содержащую мышьяк жидкость добавить немного
серной или соляной кислоты и сверх того цинк, то в результате химической
реакции появлялся водород, который соединялся с мышьяком (и с любым его
соединением), образуя газообразный мышьяковистый водород. Когда его
пропускали через горячую трубку, он снова распадался на водород и мышьяк, и
металлический мышьяк можно было уловить и собрать. Марш велел изготовить для
него стеклянную трубку подковообразной формы, один конец которой был открыт,
в то время как другой заканчивался остроконечным стеклянным соплом. В той
части трубки, которая заканчивалась соплом, он укрепил кусочек цинка, а в
открытый конец трубки наливал проверяемую жидкость (подозрительный раствор
или экстракт содержимого желудка), обогащенную кислотой. Когда жидкость
достигала цинка, достаточно было даже невообразимо малых следов мышьяка,
чтобы образовался мышьяковистый водород, который улетучивался через сопло.
Улетучивавшийся газ Марш поджигал, держа против пламени холодное фарфоровое
блюдце. Металлический мышьяк оседал на нем в виде черноватых пятнышек на
фарфоре. Этот процесс можно было продолжать до тех пор, пока весь мышьяк не
удалится из жидкости и не будет собран в блюдце. Данный способ, как
оказалось впоследствии, был настолько чувствительным, что даже количество
мышьяка порядка одной тысячной доли миллиграмма, введенное в исследуемую
жидкость, было заметно на блюдце невооруженным глазом в виде бляшек.
Когда в октябре 1836 г. Дзеймс Марш опубликовал в "Эдинбургском
философском журнале" статью о своем открытии, он и сам не предполагал, что
изобрел способ, который завоюет всю токсикологию, а в качестве метода
обнаружения мышьяка станет попросту непреходящим.
Орфила (при всей склонности к суетности, честолюбию и тиранству) был
достаточно дальновиден, чтобы первым признать значение аппарата Марша. В
Париже разгорелось соперничество за открытие все новых тайн мышьяка с
помощью этого аппарата. Врачи и химики, такие, как, например, Девержи,
Оливье, Баррюэль и Распай, соревновались с Орфила, который первым устранил
некоторые трудности, возникшие при исследовании способом Марша экстрактов
желудка, печени, селезенки или иных органов. Такого рода огранические
экстракты, не очищенные от белка, жира и "другой материи", пенились и тем
самым препятствовали образованию газа. Орфила дополнил этот метод
обугливанием при помощи азотной кислоты, котор