говорили, что она
дочь нюрнбернгского булочника. Сама себя она называла по-разному: Франк,
Шель, Тремуйль и т.д.
356 100 ВЕЛИКИХ ЗАГАДОК ИСТОРИИ
Загадочной женщине было около 20 лет, но многие указывают, что она была,
по крайней мере, на семь лет старше. Настоящий ее возраст и, следовательно,
дата рождения также остались невыясненными.
Все современники в один голос утверждают, что незнакомка была очаровательна: она имела весьма привлекательную наружность, хотя и косила на один
глаз, «отличалась быстрым умом и не лишена была некоторого образования».
Где именно побывала до 1772 г. авантюристка, назвавшаяся зимой 1773/74 г.
Елизаветой II (по имени своей матери, императрицы Елизаветы Петровны),
неизвестно. А. Г. Орлову она говорила, что из России она через Ригу и Кенигсберг поехала в Берлин, где открылась Фридриху II. После этого, сообщал Орлов
императрице Екатерине II, она «была во Франции, говорила с министрами, дав
мало о себе знать».
Если сопоставить дошедшие до нас версии, которые выдвигала самозванка,
то ее биография выглядела следующим образом. В младенческом возрасте «дочь
Елизаветы Петровны» вывезли сперва во Францию в город Лион, а затем в
Голштинское герцогство, в город Киль. В 1761 г. она вновь оказалась в Петербурге, но Петр III, взойдя на престол и опасаясь своей конкурентки, выслал ее
в Сибирь (или в Персию). Тогда-то она и узнала о своем происхождении, но,
опасаясь возвращаться в Россию, принялась странствовать по Европе, чтобы
добиться признания своих прав.
Первые реальные следы незнакомки обнаруживаются в Берлине, откуда
она через Гент и Лондон в 1772 г. прибыла в Париж. Здесь она именовала себя
Али Эмете, княжна Владимирская с Кавказа (в некоторых письмах она именует себя еще «владетельницей Азова, единственной наследницей весьма древнего рода Волдомиров»), и утверждала, что чрезвычайно богата, так как владеет
«персидскими сокровищами». При даме состоял некто барон Шенк, вероятно — ее любовник, человек с крайне сомнительной репутацией, продувная бестия, как выяснилось впоследствии — использовавший «Али Эмете» в качестве
орудия «для разных обманов». Вскоре вокруг загадочной дамы образовался кружок из еще нескольких подобных аферистов и шулеров.
В Париже «княжна Владимирская» жила на широкую ногу, завела знакомство со многими влиятельными и не очень влиятельными людьми, среди которых, в частности, оказался польский эмигрант, великий гетман литовский Михаил Огинский, который искал в лице Франции союзника в деле восстановления независимости разделенной и поглощенной соседними державами Польши.
Но до начала «польской интриги» с самозванкой в главной роли было еще далеко. «Можно утвердительно сказать, что Огинский ни в это время, ни после не
побуждал ее наименоваться дочерью императрицы Елизаветы Петровны», —
пишет граф В.Н. Панин.
Бурная жизнь «княжны Владимирской» в Париже окончилась тем, что она
совершенно запуталась в долгах и была вынуждена бежать во Франкфурт-наМайне, где ее, однако, сразу посадили в тюрьму. Ее выручил граф Ф. Лимбургский, по уши влюбившийся в авантюристку и всерьез хотевший жениться на
ней. Пользуясь его сердечным покровительством, она около полутора лет прожила в его графстве Оберштайн.
В декабре 1773 г. впервые пронесся слух, что под именем «принцессы Владимирской» скрывается прямая наследница русского престола — княжна Елизавета Алексеевна Тараканова, дочь Елизаветы Петровны и ее фаворита графа
СУДЬБА КНЯЖНЫ ТАРАКАНОВОЙ 357
Разумовского, плод их
дочь нюрнбернгского булочника. Сама себя она называла по-разному: Франк,
Шель, Тремуйль и т.д.
356 100 ВЕЛИКИХ ЗАГАДОК ИСТОРИИ
Загадочной женщине было около 20 лет, но многие указывают, что она была,
по крайней мере, на семь лет старше. Настоящий ее возраст и, следовательно,
дата рождения также остались невыясненными.
Все современники в один голос утверждают, что незнакомка была очаровательна: она имела весьма привлекательную наружность, хотя и косила на один
глаз, «отличалась быстрым умом и не лишена была некоторого образования».
Где именно побывала до 1772 г. авантюристка, назвавшаяся зимой 1773/74 г.
Елизаветой II (по имени своей матери, императрицы Елизаветы Петровны),
неизвестно. А. Г. Орлову она говорила, что из России она через Ригу и Кенигсберг поехала в Берлин, где открылась Фридриху II. После этого, сообщал Орлов
императрице Екатерине II, она «была во Франции, говорила с министрами, дав
мало о себе знать».
Если сопоставить дошедшие до нас версии, которые выдвигала самозванка,
то ее биография выглядела следующим образом. В младенческом возрасте «дочь
Елизаветы Петровны» вывезли сперва во Францию в город Лион, а затем в
Голштинское герцогство, в город Киль. В 1761 г. она вновь оказалась в Петербурге, но Петр III, взойдя на престол и опасаясь своей конкурентки, выслал ее
в Сибирь (или в Персию). Тогда-то она и узнала о своем происхождении, но,
опасаясь возвращаться в Россию, принялась странствовать по Европе, чтобы
добиться признания своих прав.
Первые реальные следы незнакомки обнаруживаются в Берлине, откуда
она через Гент и Лондон в 1772 г. прибыла в Париж. Здесь она именовала себя
Али Эмете, княжна Владимирская с Кавказа (в некоторых письмах она именует себя еще «владетельницей Азова, единственной наследницей весьма древнего рода Волдомиров»), и утверждала, что чрезвычайно богата, так как владеет
«персидскими сокровищами». При даме состоял некто барон Шенк, вероятно — ее любовник, человек с крайне сомнительной репутацией, продувная бестия, как выяснилось впоследствии — использовавший «Али Эмете» в качестве
орудия «для разных обманов». Вскоре вокруг загадочной дамы образовался кружок из еще нескольких подобных аферистов и шулеров.
В Париже «княжна Владимирская» жила на широкую ногу, завела знакомство со многими влиятельными и не очень влиятельными людьми, среди которых, в частности, оказался польский эмигрант, великий гетман литовский Михаил Огинский, который искал в лице Франции союзника в деле восстановления независимости разделенной и поглощенной соседними державами Польши.
Но до начала «польской интриги» с самозванкой в главной роли было еще далеко. «Можно утвердительно сказать, что Огинский ни в это время, ни после не
побуждал ее наименоваться дочерью императрицы Елизаветы Петровны», —
пишет граф В.Н. Панин.
Бурная жизнь «княжны Владимирской» в Париже окончилась тем, что она
совершенно запуталась в долгах и была вынуждена бежать во Франкфурт-наМайне, где ее, однако, сразу посадили в тюрьму. Ее выручил граф Ф. Лимбургский, по уши влюбившийся в авантюристку и всерьез хотевший жениться на
ней. Пользуясь его сердечным покровительством, она около полутора лет прожила в его графстве Оберштайн.
В декабре 1773 г. впервые пронесся слух, что под именем «принцессы Владимирской» скрывается прямая наследница русского престола — княжна Елизавета Алексеевна Тараканова, дочь Елизаветы Петровны и ее фаворита графа
СУДЬБА КНЯЖНЫ ТАРАКАНОВОЙ 357
Разумовского, плод их