олнованным, страстным.
И все-таки... «Хождение за три моря» — документ во многом запутанный,
странный, полный загадок. Попытаемся их разгадать...
Удивительно, но мы не знаем, какова фамилия купца Афанасия. Ведь в тексте ясно говорится — «Афонасья Микитина сына». Значит, Афанасий Никитич,
говоря современным языком. В другой летописи, в другом варианте «Хождения за
три моря», в так называемом «Эттеровом списке», говорится: «...того же году обретох написание Офонаса Тверитина купца, что был в Ындее четыре года, а ходил,
сказывает, с Василием Папиным». Фамилия посла, с которым плыл в начале
пути по Волге наш герой, называется — Папин. А «Офонас»? «Тверитин купец»,
т.е. купец из Твери, тверитянин, и только. И в третьем варианте «Хождения»
опять — «...в та же лета некто именем Офонасей Микитин сын Тверитин ходил в
Ындею и той тверитин Афонасей писал путь хождения своего...»
Тверитянин Афанасий Никитич — вот только что мы и знаем о нем. Фамилия — неизвестна.
Далее. Читаем его записки:
«Свещахся с индеяны пойти к Первоти, то их Ерусалим, а по бесерменьскыи мягъкат де их бутхана».
То есть собрался с индусами пойти к их священному месту, и тут же Афанасий дает перевод на «басурманский» язык. Купец, владеющий чужим, почти не
известным на Руси языком и, как увидим дальше, свободно на нем разговаривающий.
А на каком языке он ведет свои записи? Да, на русском. Но тут же, рядом с
русскими словами, он пишет:
«В Индее же как пачек-тур, а учюзе-дер; сикишь иларсень ики шитель;
акечаны ИЛя атырсень — атле жетель бер; булера достор; акулъкараваш учюз;
чар фуна хуб...» и так далее.
Что за тарабарщина, выведенная кириллицей? Условный язык? Шифр, понятный ему одному?
Как считают ученые, текст «Хождения» вобрал в себя множество персидских, арабских, татарских, староузбекских слов и целых фраз. Это так называемый «тайный язык хорезмийских купцов». Вот им-то и зашифровывает часто
Афанасий свои записи. Для чего?
Он знаком с тонкостями различных вероисповеданий, его постоянно волнуют вопросы веры. «И среди вер молю я бога, чтобы он хранил меня...»*
Он прекрасно разбирается в христианском и мусульманском календаре.
А разве простому купцу XV в. свойственно такое знание звездного неба? «Во
Индеи же бесерменьской, в великом Бедери, смотрилъ есми на Великую ночь
на Великий же день — волосаны да кола в зорю вошъли, а лось головою стоит на
восток». Волосаны и Кола — это Плеяды и Орион, а Лось — Большая Медведица. Причем, заметьте, что созвездия эти ему знакомы давно, до странствия по
Индии. Он употребляет их северные, бытуемые в его Твери названия.
* Здесь и далее перевод с древнерусского на современный русский сделан Н.И.
Прокофьевым. В тексте Афанасия Никитина написание географических названий не
изменено; в авторском тексте даны современные названия.
АФАНАСИЙ НИКИТИН- ТАЙНЫЙ АГЕНТ... 291
Он постоянно следит за звездным небом, словно опытный кормчий. «Луна в
Бидаре стоит полная три дня...» Что ему, измученному тяжелейшими дорогами,
зноем, опасностями на каждом шагу, не спится по ночам?
А с какой точностью отмечает он свой путь! «Каждый день встречалось по
три города, а в другой и по четыре; от Чаула до Джунира 20 ковов (Афанасий в
«кове» считает по десять верст), а от Джунира до Бидара40 ковов, аотБидарадо
Кулунгира 9 ковов...» и так далее.
Простой купец, каким мы его представляли, а знает все пути, все преграды,
разбирается в сложных политических событиях.
В дорогу он берет много кни
И все-таки... «Хождение за три моря» — документ во многом запутанный,
странный, полный загадок. Попытаемся их разгадать...
Удивительно, но мы не знаем, какова фамилия купца Афанасия. Ведь в тексте ясно говорится — «Афонасья Микитина сына». Значит, Афанасий Никитич,
говоря современным языком. В другой летописи, в другом варианте «Хождения за
три моря», в так называемом «Эттеровом списке», говорится: «...того же году обретох написание Офонаса Тверитина купца, что был в Ындее четыре года, а ходил,
сказывает, с Василием Папиным». Фамилия посла, с которым плыл в начале
пути по Волге наш герой, называется — Папин. А «Офонас»? «Тверитин купец»,
т.е. купец из Твери, тверитянин, и только. И в третьем варианте «Хождения»
опять — «...в та же лета некто именем Офонасей Микитин сын Тверитин ходил в
Ындею и той тверитин Афонасей писал путь хождения своего...»
Тверитянин Афанасий Никитич — вот только что мы и знаем о нем. Фамилия — неизвестна.
Далее. Читаем его записки:
«Свещахся с индеяны пойти к Первоти, то их Ерусалим, а по бесерменьскыи мягъкат де их бутхана».
То есть собрался с индусами пойти к их священному месту, и тут же Афанасий дает перевод на «басурманский» язык. Купец, владеющий чужим, почти не
известным на Руси языком и, как увидим дальше, свободно на нем разговаривающий.
А на каком языке он ведет свои записи? Да, на русском. Но тут же, рядом с
русскими словами, он пишет:
«В Индее же как пачек-тур, а учюзе-дер; сикишь иларсень ики шитель;
акечаны ИЛя атырсень — атле жетель бер; булера достор; акулъкараваш учюз;
чар фуна хуб...» и так далее.
Что за тарабарщина, выведенная кириллицей? Условный язык? Шифр, понятный ему одному?
Как считают ученые, текст «Хождения» вобрал в себя множество персидских, арабских, татарских, староузбекских слов и целых фраз. Это так называемый «тайный язык хорезмийских купцов». Вот им-то и зашифровывает часто
Афанасий свои записи. Для чего?
Он знаком с тонкостями различных вероисповеданий, его постоянно волнуют вопросы веры. «И среди вер молю я бога, чтобы он хранил меня...»*
Он прекрасно разбирается в христианском и мусульманском календаре.
А разве простому купцу XV в. свойственно такое знание звездного неба? «Во
Индеи же бесерменьской, в великом Бедери, смотрилъ есми на Великую ночь
на Великий же день — волосаны да кола в зорю вошъли, а лось головою стоит на
восток». Волосаны и Кола — это Плеяды и Орион, а Лось — Большая Медведица. Причем, заметьте, что созвездия эти ему знакомы давно, до странствия по
Индии. Он употребляет их северные, бытуемые в его Твери названия.
* Здесь и далее перевод с древнерусского на современный русский сделан Н.И.
Прокофьевым. В тексте Афанасия Никитина написание географических названий не
изменено; в авторском тексте даны современные названия.
АФАНАСИЙ НИКИТИН- ТАЙНЫЙ АГЕНТ... 291
Он постоянно следит за звездным небом, словно опытный кормчий. «Луна в
Бидаре стоит полная три дня...» Что ему, измученному тяжелейшими дорогами,
зноем, опасностями на каждом шагу, не спится по ночам?
А с какой точностью отмечает он свой путь! «Каждый день встречалось по
три города, а в другой и по четыре; от Чаула до Джунира 20 ковов (Афанасий в
«кове» считает по десять верст), а от Джунира до Бидара40 ковов, аотБидарадо
Кулунгира 9 ковов...» и так далее.
Простой купец, каким мы его представляли, а знает все пути, все преграды,
разбирается в сложных политических событиях.
В дорогу он берет много кни