м проложим свой путь,
Пролетим, как стрела, над рекой.
Сквозь леса, и траву, и болотную мглу
Тед глухой и Данута со мной.
Никогда мы не сменим прямого пути!
Звонко стремя поет под ногой,
И в сраженьи наш меч будет быстр и чист
Тед глухой и Данута со мной.
И лягушка нам служит, как преданный друг,
Мы по праву гордимся собой.
В облаках, и в волнах, и в высоких горах
Тед глухой и Данута со мной.
Мы любого злодея отважно сразим,
Попираем врага сапогой, каблукой!
И еврея, и негра, и Берни спасем
Тед глухой и Данута со мной.
Джунгли, и тундра, и рощи, и степь,
Астон-Вилла у нас за спиной.
По песку и асфальту галопом спешим
Тед глухой и Данута со мной.
Наша слава победно на суше гремит
И в глубокой пучине морской.
Ты о подвигах наших услышишь не раз
Тед глухой и Данута со мной.
Иногда мы берем с собою нашего приятеля Малькольма.)
Сюрприз Малютке Бобби
Сегодня у малютки Бобби день варения, вот он и получил сюрприз.
Ведь у Бобби нету пятерки-кулака (война), так что прислали ему в
подарок деньрожденный крючок-протрез!
Всю дорогу Бобби мечтал о своем собственном крючке, и вот в
тридцать девятый день рождения его мольбы были услышаны. Небольшая
только вышла накладочка: прислали ему левый крючок, но ведь всякая
совака знает, что у Бобби-то не хватает правого кулака.
Что делать - вот проблема; но, недолго думая, он отхватил себе
другую руку, и глядите - крючок подошел, как влитой! Кто знает, на
будущий год, может и пришлют ему правый крючок, тоже.
(Пьеса)
Четырнадцать долгих лет я жну, когда мой ненаглядный Хэлбат
вернется с войны (она и не продозревает, что Хэлбат Зайц
возвражается неожиданно, чтобы проверить ее чевственность).
Х.: Вод я и дома, Роузбин, я вернумшись с вой-
ны, знаешь ли.
Р.: Ты получил свое жаворонье, Хэлбот?
Х.: Я припер тебе негру, Роузбин, с самой войны,
знаешь ли.
Р.: Для меня, моего собственного негру, для меня,
Хэлбот?
Х.: Я завсегда думал о тебе, Ройспин, что это ты
моя собственная.
Р.: Вот это жизнь! Покажи же мне этого самого
негру с войны, Хэлбаут!
Х.: Нет.
Р.: Что за сранные прихваты у тебя, Хэлфорд,
разве это не я, твоя собственная?
НЕСЧАСТНЫЙ ФРАНК
Франк поглядел на стол, едва отваживаясь глядеть на стол. "Я
ненавижу этот стол" - скзал он. - "Старый паршивый стол в моем
доме." Затем он поглядел на часы. "Черт бы побрал эти часы в моем
доме," - сказал Франк, ведь это, понимаете ли, был его дом.
Следующим ему попалось на глаза кресло родимой матери. "И кресло это
мне нисколько не нравится," - прогундел он. - "А взгляните только на
этот говер, весь дрязный и мыльный. И как мне только следить зазаза
всем гнилым барахлом. Хто я такой, собственно, как не раб,
приклепанный ко всякой такой дряни. Остается лишь с жабостью
смотреть на всех прочих плюдей, весело хахачущих и изливающихся надо
мною. Как мне жить дальше? Как? Неужели до самой тверди придется
ухаживать за всем этим поганым ветхим домом?" И Франк отправился к
своей глухой старухе матери, которая прожевала с ним. "Над чем
змеешься, глухая старая калоша?"
"Натерп
Пролетим, как стрела, над рекой.
Сквозь леса, и траву, и болотную мглу
Тед глухой и Данута со мной.
Никогда мы не сменим прямого пути!
Звонко стремя поет под ногой,
И в сраженьи наш меч будет быстр и чист
Тед глухой и Данута со мной.
И лягушка нам служит, как преданный друг,
Мы по праву гордимся собой.
В облаках, и в волнах, и в высоких горах
Тед глухой и Данута со мной.
Мы любого злодея отважно сразим,
Попираем врага сапогой, каблукой!
И еврея, и негра, и Берни спасем
Тед глухой и Данута со мной.
Джунгли, и тундра, и рощи, и степь,
Астон-Вилла у нас за спиной.
По песку и асфальту галопом спешим
Тед глухой и Данута со мной.
Наша слава победно на суше гремит
И в глубокой пучине морской.
Ты о подвигах наших услышишь не раз
Тед глухой и Данута со мной.
Иногда мы берем с собою нашего приятеля Малькольма.)
Сюрприз Малютке Бобби
Сегодня у малютки Бобби день варения, вот он и получил сюрприз.
Ведь у Бобби нету пятерки-кулака (война), так что прислали ему в
подарок деньрожденный крючок-протрез!
Всю дорогу Бобби мечтал о своем собственном крючке, и вот в
тридцать девятый день рождения его мольбы были услышаны. Небольшая
только вышла накладочка: прислали ему левый крючок, но ведь всякая
совака знает, что у Бобби-то не хватает правого кулака.
Что делать - вот проблема; но, недолго думая, он отхватил себе
другую руку, и глядите - крючок подошел, как влитой! Кто знает, на
будущий год, может и пришлют ему правый крючок, тоже.
(Пьеса)
Четырнадцать долгих лет я жну, когда мой ненаглядный Хэлбат
вернется с войны (она и не продозревает, что Хэлбат Зайц
возвражается неожиданно, чтобы проверить ее чевственность).
Х.: Вод я и дома, Роузбин, я вернумшись с вой-
ны, знаешь ли.
Р.: Ты получил свое жаворонье, Хэлбот?
Х.: Я припер тебе негру, Роузбин, с самой войны,
знаешь ли.
Р.: Для меня, моего собственного негру, для меня,
Хэлбот?
Х.: Я завсегда думал о тебе, Ройспин, что это ты
моя собственная.
Р.: Вот это жизнь! Покажи же мне этого самого
негру с войны, Хэлбаут!
Х.: Нет.
Р.: Что за сранные прихваты у тебя, Хэлфорд,
разве это не я, твоя собственная?
НЕСЧАСТНЫЙ ФРАНК
Франк поглядел на стол, едва отваживаясь глядеть на стол. "Я
ненавижу этот стол" - скзал он. - "Старый паршивый стол в моем
доме." Затем он поглядел на часы. "Черт бы побрал эти часы в моем
доме," - сказал Франк, ведь это, понимаете ли, был его дом.
Следующим ему попалось на глаза кресло родимой матери. "И кресло это
мне нисколько не нравится," - прогундел он. - "А взгляните только на
этот говер, весь дрязный и мыльный. И как мне только следить зазаза
всем гнилым барахлом. Хто я такой, собственно, как не раб,
приклепанный ко всякой такой дряни. Остается лишь с жабостью
смотреть на всех прочих плюдей, весело хахачущих и изливающихся надо
мною. Как мне жить дальше? Как? Неужели до самой тверди придется
ухаживать за всем этим поганым ветхим домом?" И Франк отправился к
своей глухой старухе матери, которая прожевала с ним. "Над чем
змеешься, глухая старая калоша?"
"Натерп