рог, через который перешагнул он. С этих пор
пошло легче и успешнее. Он стал человеком заметным. Все оказалось в нем,
что нужно для этого мира: и приятность в оборотах и поступках, и бойкость в
деловых делах. С такими средствами добыл он в непродолжительное время то,
что называют хлебное местечко, и воспользовался им отличным образом. Нужно
знать, что в то же самое время начались строжайшие преследования всяких
взяток; преследований он не испугался и обратил их тот же час в свою
пользу, показав таким образом прямо русскую изобретательность, являющуюся
только во время прижимок. Дело устроено было вот как: как только приходил
проситель и засовывал руку в карман, с тем чтобы вытащить оттуда известные
рекомендательные письма за подписью князя Хованского, как выражаются у нас
на Руси: "Нет, нет, - говорил он с улыбкой, удерживая его руки, - вы
думаете, что я... нет, нет. Это наш долг, наша обязанность без всяких
возмездий мы должны сделать! С этой стороны уж будьте покойны: завтра же
все будет сделано. Позвольте узнать вашу квартиру, вам и заботиться не
нужно самим, все будет принесено к вам на дом". Очарованный проситель
возвращался домой чуть не в восторге, думая:"Вот наконец человек, каких
нужно побольше, это просто драгоценный алмаз!" Но ждет проситель день,
другой, не приносят дела на дом, на третий тоже. Он в канцелярию, дело и не
начиналось; он к драгоценному алмазу. "Ах, извините! - говорил Чичиков
очень учтиво, схвативши его за обе руки, - у нас было столько дел; но
завтра же все будет сделано завтра непременно, право, мне даже совестно!" И
все это сопровождалось движениями обворожительными. Если при этом
распахивалась как-нибудь пола халата, то рука в ту же минуту старалась дело
поправить и придержать полу. Но ни завтра, ни послезавтра, ни на третий
день не несут дела на дом. Проситель берется за ум: да полно, нет ли чего?
Выведывает; говорят, нужно дать писарям. "Почему ж не дать? я готов
четвертак, другой". - "Нет, не четвертак, а по беленькой". - "По беленькой
писарям!" - вскрикивает проситель. "Да чего вы так горячитесь? - отвечают
ему, - оно так и выйдет, писарям и достанется по четвертаку, а остальное
пойдет к начальству". Бьет себя по лбу недогадливый проситель и бранит на
чем свет стоит новый порядок вещей, преследование взяток и вежливые,
облагороженные обращения чиновников. Прежде было знаешь по крайней мере,
что делать: принес правителю дел красную, да и дело в шляпе, а теперь по
беленькой, да еще неделю провозишься, пока догадаешься; черт бы побрал
бескорыстие и чиновное благородство! Проситель, конечно, прав, но зато
теперь нет взяточников: все правители дел честнейшие и благороднейшие люди,
секретари только да писаря мошенники. Скоро представилось Чичикову поле
гораздо пространнее: образовалась комиссия для построения какого-то
казенного весьма капитального строения. В эту комиссию пристроился и он, и
оказался одним из деятельнейших членов. Комиссия немедленно приступила к
делу. Шесть лет возилась около здания; но климат, что ли, мешал или
материал уже был такой, только никак не шло казенное здание выше
фундамента. А между тем в других концах города очутилось у каждого из
членов по красивому дому гражданской архитектуры: видно, грунт земли был
там получше. Члены уже начинали благоденствовать и стали заводиться
семейством. Тут только и теперь только стал Чичиков понемногу выпутываться
из-под суровых законов воздержанья и неумолимого своего самоотверженья. Тут
только долго
пошло легче и успешнее. Он стал человеком заметным. Все оказалось в нем,
что нужно для этого мира: и приятность в оборотах и поступках, и бойкость в
деловых делах. С такими средствами добыл он в непродолжительное время то,
что называют хлебное местечко, и воспользовался им отличным образом. Нужно
знать, что в то же самое время начались строжайшие преследования всяких
взяток; преследований он не испугался и обратил их тот же час в свою
пользу, показав таким образом прямо русскую изобретательность, являющуюся
только во время прижимок. Дело устроено было вот как: как только приходил
проситель и засовывал руку в карман, с тем чтобы вытащить оттуда известные
рекомендательные письма за подписью князя Хованского, как выражаются у нас
на Руси: "Нет, нет, - говорил он с улыбкой, удерживая его руки, - вы
думаете, что я... нет, нет. Это наш долг, наша обязанность без всяких
возмездий мы должны сделать! С этой стороны уж будьте покойны: завтра же
все будет сделано. Позвольте узнать вашу квартиру, вам и заботиться не
нужно самим, все будет принесено к вам на дом". Очарованный проситель
возвращался домой чуть не в восторге, думая:"Вот наконец человек, каких
нужно побольше, это просто драгоценный алмаз!" Но ждет проситель день,
другой, не приносят дела на дом, на третий тоже. Он в канцелярию, дело и не
начиналось; он к драгоценному алмазу. "Ах, извините! - говорил Чичиков
очень учтиво, схвативши его за обе руки, - у нас было столько дел; но
завтра же все будет сделано завтра непременно, право, мне даже совестно!" И
все это сопровождалось движениями обворожительными. Если при этом
распахивалась как-нибудь пола халата, то рука в ту же минуту старалась дело
поправить и придержать полу. Но ни завтра, ни послезавтра, ни на третий
день не несут дела на дом. Проситель берется за ум: да полно, нет ли чего?
Выведывает; говорят, нужно дать писарям. "Почему ж не дать? я готов
четвертак, другой". - "Нет, не четвертак, а по беленькой". - "По беленькой
писарям!" - вскрикивает проситель. "Да чего вы так горячитесь? - отвечают
ему, - оно так и выйдет, писарям и достанется по четвертаку, а остальное
пойдет к начальству". Бьет себя по лбу недогадливый проситель и бранит на
чем свет стоит новый порядок вещей, преследование взяток и вежливые,
облагороженные обращения чиновников. Прежде было знаешь по крайней мере,
что делать: принес правителю дел красную, да и дело в шляпе, а теперь по
беленькой, да еще неделю провозишься, пока догадаешься; черт бы побрал
бескорыстие и чиновное благородство! Проситель, конечно, прав, но зато
теперь нет взяточников: все правители дел честнейшие и благороднейшие люди,
секретари только да писаря мошенники. Скоро представилось Чичикову поле
гораздо пространнее: образовалась комиссия для построения какого-то
казенного весьма капитального строения. В эту комиссию пристроился и он, и
оказался одним из деятельнейших членов. Комиссия немедленно приступила к
делу. Шесть лет возилась около здания; но климат, что ли, мешал или
материал уже был такой, только никак не шло казенное здание выше
фундамента. А между тем в других концах города очутилось у каждого из
членов по красивому дому гражданской архитектуры: видно, грунт земли был
там получше. Члены уже начинали благоденствовать и стали заводиться
семейством. Тут только и теперь только стал Чичиков понемногу выпутываться
из-под суровых законов воздержанья и неумолимого своего самоотверженья. Тут
только долго