го положительно не знаю, как, когда и
где выводят они детей. Вероятно, в обыкновенных, не дальних, но топких
неудобопроходимых и весьма крепких болотах, ибо хотя я никогда не находил их
гнезд, но молодых видал, только не выводками, а в одиночку; к тому же во все
продолжение лета мне случалось находить старых маток и даже иногда
застреливать. Из этого я заключаю, что болотные куры не слишком удаляются
для вывода детей от обыкновенных мест своего пребывания, как то делают
некоторые породы куличков. Впоследствии времени заключение мое подтвердил
мне тот же достоверный охотник: у него в деревне, в Симбирской губернии,
болотные куры водили детей несколько лет сряду около одних и тех же озерков,
обросших вокруг камышом и поросших лопухами и водяными кувшинчиками.
Болотные куры - дорогая, завидная, редкая дичь! Добывать их очень
трудно: они почти всегда держатся в таких местах, где ни охотнику ходить, ни
собаке отыскивать дичь невозможно; собаке приходится не только вязнуть по
горло, но даже плавать. Если случится застать болотную курицу на месте
проходимом, то она сейчас уйдет в непроходимое; застрелить ее, как дупеля
или коростеля из-под собаки, - величайшая редкость; скорее можно убить,
увидев случайно, когда она выплывет из камыша или осоки, чтоб перебраться на
другую сторону болотного озерка, прудового материка или залива, к чему
иногда можно ее принудить посредством собаки, а самому с ружьем подстеречь
на переправе. Но для этого надобно знать, что болотная курица именно тут
скрывается. - Ничего не могу сказать положительного об ее голосе. Мне
случилось однажды, сидя в камыше на лодке с удочкой, услышать свист, похожий
на отрывистый свист или крик погоныша, только не чистый, а сиповатый; вскоре
за тем выплыла из осоки болотная курица, и я подумал, что этот сиповатый
крик принадлежит ей; потом, чрез несколько лет, я услышал точно такой же
сиповатый свист в камыше отдельного озерка; я послал туда собаку, наверное
ожидая болотной курицы, но собака выгнала мне погоныша, которого я и убил.
Это обстоятельство навело на меня сомнение: может быть, и прежде я слышал
свист погоныша, а болотная курица, находившаяся на ту пору в той же самой
осоке (ибо ничто не мешает им жить вместе), случайно выплыла мне на глаза.
Болотные куры к осени делаются чрезвычайно жирны и вкусны. Впрочем, и всегда
они бывают довольно сыты, а мясо их мягко и сочно; пропадают они в первой
половине сентября; по крайней мере позднее этого времени я их не нахаживал.
Во всю мою жизнь я убил не более десяти болотных кур и то единственно
потому, что отыскивал их весьма прилежно. Многие охотники не только не
бивали - не видывали их! Из числа десятка убитых мною три были застрелены
плавающие, две - бегающие по густой шмаре и одна - стоявшая на деревянной
плахе, которая лежала в болотной воде; четыре убиты в лет из-под собаки, и в
том числе две необыкновенным образом. В исходе мая я возвращался с охоты
домой; идучи по берегу пруда и не находя птицы, по которой мог бы разрядить
ружье, - а ствол его надобно было вымыть, - я хотел уже выстрелить на
воздух. Вдруг от собаки, прыгавшей по воде около берега по мелкому камышу и
осоке, из отдельного куста камыша, очень не близко, поднялись какие-то две
птицы; между ними находилось расстояние не менее сажени; ружье было заряжено
мелкою утиною дробью. Я подумал, ч
где выводят они детей. Вероятно, в обыкновенных, не дальних, но топких
неудобопроходимых и весьма крепких болотах, ибо хотя я никогда не находил их
гнезд, но молодых видал, только не выводками, а в одиночку; к тому же во все
продолжение лета мне случалось находить старых маток и даже иногда
застреливать. Из этого я заключаю, что болотные куры не слишком удаляются
для вывода детей от обыкновенных мест своего пребывания, как то делают
некоторые породы куличков. Впоследствии времени заключение мое подтвердил
мне тот же достоверный охотник: у него в деревне, в Симбирской губернии,
болотные куры водили детей несколько лет сряду около одних и тех же озерков,
обросших вокруг камышом и поросших лопухами и водяными кувшинчиками.
Болотные куры - дорогая, завидная, редкая дичь! Добывать их очень
трудно: они почти всегда держатся в таких местах, где ни охотнику ходить, ни
собаке отыскивать дичь невозможно; собаке приходится не только вязнуть по
горло, но даже плавать. Если случится застать болотную курицу на месте
проходимом, то она сейчас уйдет в непроходимое; застрелить ее, как дупеля
или коростеля из-под собаки, - величайшая редкость; скорее можно убить,
увидев случайно, когда она выплывет из камыша или осоки, чтоб перебраться на
другую сторону болотного озерка, прудового материка или залива, к чему
иногда можно ее принудить посредством собаки, а самому с ружьем подстеречь
на переправе. Но для этого надобно знать, что болотная курица именно тут
скрывается. - Ничего не могу сказать положительного об ее голосе. Мне
случилось однажды, сидя в камыше на лодке с удочкой, услышать свист, похожий
на отрывистый свист или крик погоныша, только не чистый, а сиповатый; вскоре
за тем выплыла из осоки болотная курица, и я подумал, что этот сиповатый
крик принадлежит ей; потом, чрез несколько лет, я услышал точно такой же
сиповатый свист в камыше отдельного озерка; я послал туда собаку, наверное
ожидая болотной курицы, но собака выгнала мне погоныша, которого я и убил.
Это обстоятельство навело на меня сомнение: может быть, и прежде я слышал
свист погоныша, а болотная курица, находившаяся на ту пору в той же самой
осоке (ибо ничто не мешает им жить вместе), случайно выплыла мне на глаза.
Болотные куры к осени делаются чрезвычайно жирны и вкусны. Впрочем, и всегда
они бывают довольно сыты, а мясо их мягко и сочно; пропадают они в первой
половине сентября; по крайней мере позднее этого времени я их не нахаживал.
Во всю мою жизнь я убил не более десяти болотных кур и то единственно
потому, что отыскивал их весьма прилежно. Многие охотники не только не
бивали - не видывали их! Из числа десятка убитых мною три были застрелены
плавающие, две - бегающие по густой шмаре и одна - стоявшая на деревянной
плахе, которая лежала в болотной воде; четыре убиты в лет из-под собаки, и в
том числе две необыкновенным образом. В исходе мая я возвращался с охоты
домой; идучи по берегу пруда и не находя птицы, по которой мог бы разрядить
ружье, - а ствол его надобно было вымыть, - я хотел уже выстрелить на
воздух. Вдруг от собаки, прыгавшей по воде около берега по мелкому камышу и
осоке, из отдельного куста камыша, очень не близко, поднялись какие-то две
птицы; между ними находилось расстояние не менее сажени; ружье было заряжено
мелкою утиною дробью. Я подумал, ч