ибудь гнезду или притаившимся в
траве детям, отец и мать с жалобным криком бросаются к нему ближе и ближе,
вертятся над головой, как будто падают на него, и едва не задевают за дуло
ружья... Но недолго тянется дело у охотника - опытного и хорошего стрелка;
только новичок, недавно взявшийся за ружье, может до того разгорячиться, что
задрожат у него и руки и ноги, и будет он давать беспрестанные промахи, чему
способствует близость расстояния, ибо дробь летит сначала кучей. Стрелять
болотных куликов в лет в это время, при некоторой сноровке и хладнокровии,
ловчее, чем сидячих: надо выпускать их в меру и не стрелять в минуту быстрых
поворотов. По большей части история оканчивается тем, что через несколько
часов шумное, звучное, весело населенное болото превращается в безмолвное и
опустелое место... только легко раненные или прежде пуганные кулики, отлетев
на некоторое расстояние, молча сидят и дожидаются ухода истребителя, чтоб
заглянуть в свое родное гнездо... Но не входят такие мысли в голову
охотника: он весело собирает и пересчитывает свою добычу и отправляется в
другое болото.
Но не всегда и не все болота, посещаемые охотниками, подвергаются
такому опустошению: это случается только с местами новыми, нетронутыми,
никогда не стрелянными. Если болотные кулики не будут истреблены в первый
раз или по неуменью стрелять, или по излишней горячности охотника, то в
другой раз сделаются гораздо осторожнее: налетают близко только сначала, а
потом возьмут такой вepx, что их не достанешь и утиною дробью, да и летают
над охотником лишь несколько куликов, а остальные все посядут кругом в
безопасном расстоянии. От времени до времени летающие и сидящие кулики
меняются между собою своими должностями. Таких ученых куликов (в смысле
проученных), как выражаются охотники, бить уже очень трудно, и нужно
употреблять дробь покрупнее, даже 6-го нумера; обыкновенно же употребляют
7-го и 8-го нумера.
В то время, когда старые кулики держатся с молодыми выводками в большой
траве или хлебе, молодых можно стрелять из-под собаки, точно как
дупельшнепов, ибо они не поднимаются высоко и не улетают очень далеко, а,
пересев, сидят смирно, спрятавшись в траве, и подпускают собаку близко, даже
выдерживают стойку. Это бывает в последних числах июня и в самом начале
июля. В половине этого месяца они появляются уже отдельными выводками по
отлогим берегам прудов и озер, потом собираются к отлету большими стаями по
большим рекам и огромным степным озерам и в начале августа совершенно
пропадают, по крайней мере в тех местах Оренбургского края, где я жил и
охотился; вероятно, где-нибудь поюжнее они держатся долее.
Болотные кулики, несчастные жертвы всякого стрелка, так беспощадно
истребляемые, мало уважаются охотниками, без сомнения, потому, что их везде
много и что во время сиденья на яйцах и вывода детей только ленивый не бьет
их: ибо не умеющий вовсе стрелять в лет может стрелять их сидячих; но с
прилета или на отлете никакой охотник ими не пренебрегает. Мясо болотных
куликов совершенно сходно вкусом с мясом всех куличьих пород: оно сухо и
черство, когда они тощи и худы, и очень мягко, сочно и вкусно, когда они
жирны; молодые же болотные кулики, хотя несколько разжиревшие, имеют вкус
превосходный. В Оренбургской губернии они так рано пропадают, что не
успевают
траве детям, отец и мать с жалобным криком бросаются к нему ближе и ближе,
вертятся над головой, как будто падают на него, и едва не задевают за дуло
ружья... Но недолго тянется дело у охотника - опытного и хорошего стрелка;
только новичок, недавно взявшийся за ружье, может до того разгорячиться, что
задрожат у него и руки и ноги, и будет он давать беспрестанные промахи, чему
способствует близость расстояния, ибо дробь летит сначала кучей. Стрелять
болотных куликов в лет в это время, при некоторой сноровке и хладнокровии,
ловчее, чем сидячих: надо выпускать их в меру и не стрелять в минуту быстрых
поворотов. По большей части история оканчивается тем, что через несколько
часов шумное, звучное, весело населенное болото превращается в безмолвное и
опустелое место... только легко раненные или прежде пуганные кулики, отлетев
на некоторое расстояние, молча сидят и дожидаются ухода истребителя, чтоб
заглянуть в свое родное гнездо... Но не входят такие мысли в голову
охотника: он весело собирает и пересчитывает свою добычу и отправляется в
другое болото.
Но не всегда и не все болота, посещаемые охотниками, подвергаются
такому опустошению: это случается только с местами новыми, нетронутыми,
никогда не стрелянными. Если болотные кулики не будут истреблены в первый
раз или по неуменью стрелять, или по излишней горячности охотника, то в
другой раз сделаются гораздо осторожнее: налетают близко только сначала, а
потом возьмут такой вepx, что их не достанешь и утиною дробью, да и летают
над охотником лишь несколько куликов, а остальные все посядут кругом в
безопасном расстоянии. От времени до времени летающие и сидящие кулики
меняются между собою своими должностями. Таких ученых куликов (в смысле
проученных), как выражаются охотники, бить уже очень трудно, и нужно
употреблять дробь покрупнее, даже 6-го нумера; обыкновенно же употребляют
7-го и 8-го нумера.
В то время, когда старые кулики держатся с молодыми выводками в большой
траве или хлебе, молодых можно стрелять из-под собаки, точно как
дупельшнепов, ибо они не поднимаются высоко и не улетают очень далеко, а,
пересев, сидят смирно, спрятавшись в траве, и подпускают собаку близко, даже
выдерживают стойку. Это бывает в последних числах июня и в самом начале
июля. В половине этого месяца они появляются уже отдельными выводками по
отлогим берегам прудов и озер, потом собираются к отлету большими стаями по
большим рекам и огромным степным озерам и в начале августа совершенно
пропадают, по крайней мере в тех местах Оренбургского края, где я жил и
охотился; вероятно, где-нибудь поюжнее они держатся долее.
Болотные кулики, несчастные жертвы всякого стрелка, так беспощадно
истребляемые, мало уважаются охотниками, без сомнения, потому, что их везде
много и что во время сиденья на яйцах и вывода детей только ленивый не бьет
их: ибо не умеющий вовсе стрелять в лет может стрелять их сидячих; но с
прилета или на отлете никакой охотник ими не пренебрегает. Мясо болотных
куликов совершенно сходно вкусом с мясом всех куличьих пород: оно сухо и
черство, когда они тощи и худы, и очень мягко, сочно и вкусно, когда они
жирны; молодые же болотные кулики, хотя несколько разжиревшие, имеют вкус
превосходный. В Оренбургской губернии они так рано пропадают, что не
успевают