идущими прямыми и извилистыми полосками, но
правильно и однообразно расположенными; все же перья вместе на спине
представляют общую пестроту того же цвета с черноватыми пятнами, которая
происходит от того, что одно перо складывается с другим своими темными
полосками или извилинками: из этого составляются как будто пятна. Шея также
пестрая, с дольными беловатыми полосками, головка черновата, а зоб и верхняя
часть хлупи по белому полю испещрены, напротив, поперечными полосками;
остальная хлупь вся белая, и под крыльями подбой также белый; в крыльях три
первые пера сверху темные, а остальные белые с темными коймами на концах;
хвост короткий, весь в мелких серых пестринках; на каждом хвостовом пере, на
палец от конца, лежит поперек темная узенькая полоска; ноги
бледно-зеленоватого цвета. Самец же отличается тем, что у него под горлом и
на зобу перья темнее и даже кажутся сплошь черными, а поперек зоба лежит
прорезная белая полоска. Крылья у стрепета кругловаты и, когда он летит,
кажутся как будто выпуклыми. Стрепет водится, то есть выводит детей,
непременно в степи, но летает кормиться и даже постоянно держится везде на
полях: весной по жнивыо, по молодым хлебам и залежам, а к осени по скошенным
лугам, когда начнет подрастать на них молодая отава, и по озимям. Он охотно
ест всякие хлебные зерна, любит клевать лошадиный помет, и для добыванья
того и другого упорно держится около степных и полевых дорог, по колеям
которых бегает очень проворно; но преимущественная пища его - молодая трава.
Кто езжал по таким дорогам, тот, верно, поднимал стрепетов и даже видал, как
они бегут впереди лошадей. Если проезжий едет тихо, то стрепет, наскучив
долгим бегом и не желая, вероятно, отдалиться от прежнего своего места,
сворачивает в сторону, для чего надобно ему не без труда перелезть чрез
глубокие колеи, отбегает несколько сажен и приляжет в траву до тех пор, пока
не проедет мимо телега или кибитка. Лежа с вытянутой шеей, он поднимает от
времени до времени свою черноватую головку и, видя, что проезжий спокойно
удаляется, возвращается опять на дорогу и побежит по ней уже назад. Если же
повозка едет скоро и стрепет видит, что его догоняют, он поднимается и,
отлетев несколько сажен, а иногда и шагов, садится на землю и через
несколько времени также возвращается опять на дорогу. Это я говорю о
стрепетах смирных и не напуганных. Около полдён он уходит в степь, а по
утрам и вечерам постоянно колотится около дорог. Он имеет свой особенный
крик, звуки которого трудно передать буквами; он несколько похож на слог
пржи. Крик этот очень обманчив: будучи слаб и глух, он слышен очень далеко;
сначала покажется, что стрепет кричит в нескольких саженях; неопытный
охотник бросается с ружьем прямо на этот крик, ожидая, что стрепет сейчас
поднимется, но крик все удаляется, и, утомясь понапрасну, охотник будет
принужден оставить свои преследования. Конечно, этому обману много
способствует то, что стрепет очень скоро бегает, но не подлежит сомнению,
что охотник и заслышал этот крик очень издалека, потому что близко к
человеку стрепет не кричит.
Стрепета прилетают весною не рано и, без сомнения, большими станицами,
точно так, как улетают осенью, но мне не удавалось видеть их пролетных.
Когда наступит теплая погода и везде пойдет молодая трава, стре
правильно и однообразно расположенными; все же перья вместе на спине
представляют общую пестроту того же цвета с черноватыми пятнами, которая
происходит от того, что одно перо складывается с другим своими темными
полосками или извилинками: из этого составляются как будто пятна. Шея также
пестрая, с дольными беловатыми полосками, головка черновата, а зоб и верхняя
часть хлупи по белому полю испещрены, напротив, поперечными полосками;
остальная хлупь вся белая, и под крыльями подбой также белый; в крыльях три
первые пера сверху темные, а остальные белые с темными коймами на концах;
хвост короткий, весь в мелких серых пестринках; на каждом хвостовом пере, на
палец от конца, лежит поперек темная узенькая полоска; ноги
бледно-зеленоватого цвета. Самец же отличается тем, что у него под горлом и
на зобу перья темнее и даже кажутся сплошь черными, а поперек зоба лежит
прорезная белая полоска. Крылья у стрепета кругловаты и, когда он летит,
кажутся как будто выпуклыми. Стрепет водится, то есть выводит детей,
непременно в степи, но летает кормиться и даже постоянно держится везде на
полях: весной по жнивыо, по молодым хлебам и залежам, а к осени по скошенным
лугам, когда начнет подрастать на них молодая отава, и по озимям. Он охотно
ест всякие хлебные зерна, любит клевать лошадиный помет, и для добыванья
того и другого упорно держится около степных и полевых дорог, по колеям
которых бегает очень проворно; но преимущественная пища его - молодая трава.
Кто езжал по таким дорогам, тот, верно, поднимал стрепетов и даже видал, как
они бегут впереди лошадей. Если проезжий едет тихо, то стрепет, наскучив
долгим бегом и не желая, вероятно, отдалиться от прежнего своего места,
сворачивает в сторону, для чего надобно ему не без труда перелезть чрез
глубокие колеи, отбегает несколько сажен и приляжет в траву до тех пор, пока
не проедет мимо телега или кибитка. Лежа с вытянутой шеей, он поднимает от
времени до времени свою черноватую головку и, видя, что проезжий спокойно
удаляется, возвращается опять на дорогу и побежит по ней уже назад. Если же
повозка едет скоро и стрепет видит, что его догоняют, он поднимается и,
отлетев несколько сажен, а иногда и шагов, садится на землю и через
несколько времени также возвращается опять на дорогу. Это я говорю о
стрепетах смирных и не напуганных. Около полдён он уходит в степь, а по
утрам и вечерам постоянно колотится около дорог. Он имеет свой особенный
крик, звуки которого трудно передать буквами; он несколько похож на слог
пржи. Крик этот очень обманчив: будучи слаб и глух, он слышен очень далеко;
сначала покажется, что стрепет кричит в нескольких саженях; неопытный
охотник бросается с ружьем прямо на этот крик, ожидая, что стрепет сейчас
поднимется, но крик все удаляется, и, утомясь понапрасну, охотник будет
принужден оставить свои преследования. Конечно, этому обману много
способствует то, что стрепет очень скоро бегает, но не подлежит сомнению,
что охотник и заслышал этот крик очень издалека, потому что близко к
человеку стрепет не кричит.
Стрепета прилетают весною не рано и, без сомнения, большими станицами,
точно так, как улетают осенью, но мне не удавалось видеть их пролетных.
Когда наступит теплая погода и везде пойдет молодая трава, стре