игелек от беспокойства занимают.
- Это все правда? - обратился Степан Трофимович к инженеру.
- Вы очень болтаете, Липутин, - пробормотал тот гневно.
- Тайны, секреты! Откуда у нас вдруг столько тайн и секретов явилось! -
не сдерживая себя, восклицал Степан Трофимович.
Инженер нахмурился, покраснел, вскинул плечами и пошел было из комнаты.
- Алексей Нилыч даже нагайку вырвали-с, изломали и в окошко выбросили и
очень поссорились, - прибавил Липутин.
- Зачем вы болтаете, Липутин, это глупо, зачем? - мигом повернулся
опять Алексей Нилыч.
- Зачем же скрывать, из скромности, благороднейшие движения своей души,
то-есть вашей души-с, я не про свою говорю.
- Как это глупо... и совсем ненужно... Лебядкин глуп и совершенно
пустой - и для действия бесполезный и... совершенно вредный. Зачем вы
болтаете разные вещи? Я ухожу.
- Ах как жаль, - воскликнул Липутин с ясною улыбкой, - а то бы я вас,
Степан Трофимович, еще одним анекдотцем насмешил-с. Даже и шел с тем
намерением, чтобы сообщить, хотя вы впрочем наверно уж и сами слышали. Ну,
да уж в другой раз, Алексей Нилыч так торопятся... До свиданья-с. С Варварой
Петровной анекдотик-то вышел, насмешила она меня третьего дня, нарочно за
мной посылала, просто умора. До свиданья-с.
Но уж тут Степан Трофимович так и вцепился в него: он схватил его за
плечи, круто повернул назад в комнату и посадил на стул. Липутин даже
струсил.
- Да как же-с? - начал он сам, осторожно смотря на Степана Трофимовича
с своего стула. - вдруг призвали меня и спрашивают "конфиденциально", как я
думаю в собственном мнении: помешан ли Николай Всеволодович или в своем уме?
Как же не удивительно?
- Вы с ума сошли! - пробормотал Степан Трофимович, и вдруг точно вышел
из себя:
- Липутин, вы слишком хорошо знаете, что только затем и пришли, чтобы
сообщить какую-нибудь мерзость в этом роде и... еще что-нибудь хуже!
В один миг припомнилась мне его догадка о том, что Липутин знает в
нашем деле не только больше нашего, но и еще что-нибудь, чего мы сами
никогда не узнаем.
- Помилуйте, Степан Трофимович! - бормотал Липутин будто бы в ужасном
испуге, - помилуйте...
- Молчите и начинайте! Я вас очень прошу, господин Кириллов, тоже
воротиться и присутствовать, очень прошу! Садитесь. А вы, Липутин, начинайте
прямо, просто... и без малейших отговорок!
- Знал бы только, что это вас так фрапирует, так я бы совсем и не
начал-с... А я-то ведь думал, что вам уже все известно от самой Варвары
Петровны!
- Совсем вы этого не думали! Начинайте, начинайте же, говорят вам!
- Только сделайте одолжение, присядьте уж и сами, а то что же я буду
сидеть, а вы в таком волнении будете передо мною... бегать. Нескладно
выйдет-с.
Степан Трофимович сдержал себя и внушительно опустился в кресло.
Инженер пасмурно наставился в землю. Липутин с неистовым наслаждением
смотрел на них.
- Да что же начинать... так сконфузили...
VI.
- Вдруг третьего дня, присылают ко мне своего человека: просят дескать
побывать вас завтра в двенадцать часов. Можете представить? Я дело бросил, и
вчера ровнешенько в полдень звоню. Вводят меня в гостиную; подождал с
минутку - вышли; посадили, сами напротив сели. Сижу и верить отказываюсь;
сами знаете, как она меня всегда третировала! Начинают прямо без изворотов,
по и
- Это все правда? - обратился Степан Трофимович к инженеру.
- Вы очень болтаете, Липутин, - пробормотал тот гневно.
- Тайны, секреты! Откуда у нас вдруг столько тайн и секретов явилось! -
не сдерживая себя, восклицал Степан Трофимович.
Инженер нахмурился, покраснел, вскинул плечами и пошел было из комнаты.
- Алексей Нилыч даже нагайку вырвали-с, изломали и в окошко выбросили и
очень поссорились, - прибавил Липутин.
- Зачем вы болтаете, Липутин, это глупо, зачем? - мигом повернулся
опять Алексей Нилыч.
- Зачем же скрывать, из скромности, благороднейшие движения своей души,
то-есть вашей души-с, я не про свою говорю.
- Как это глупо... и совсем ненужно... Лебядкин глуп и совершенно
пустой - и для действия бесполезный и... совершенно вредный. Зачем вы
болтаете разные вещи? Я ухожу.
- Ах как жаль, - воскликнул Липутин с ясною улыбкой, - а то бы я вас,
Степан Трофимович, еще одним анекдотцем насмешил-с. Даже и шел с тем
намерением, чтобы сообщить, хотя вы впрочем наверно уж и сами слышали. Ну,
да уж в другой раз, Алексей Нилыч так торопятся... До свиданья-с. С Варварой
Петровной анекдотик-то вышел, насмешила она меня третьего дня, нарочно за
мной посылала, просто умора. До свиданья-с.
Но уж тут Степан Трофимович так и вцепился в него: он схватил его за
плечи, круто повернул назад в комнату и посадил на стул. Липутин даже
струсил.
- Да как же-с? - начал он сам, осторожно смотря на Степана Трофимовича
с своего стула. - вдруг призвали меня и спрашивают "конфиденциально", как я
думаю в собственном мнении: помешан ли Николай Всеволодович или в своем уме?
Как же не удивительно?
- Вы с ума сошли! - пробормотал Степан Трофимович, и вдруг точно вышел
из себя:
- Липутин, вы слишком хорошо знаете, что только затем и пришли, чтобы
сообщить какую-нибудь мерзость в этом роде и... еще что-нибудь хуже!
В один миг припомнилась мне его догадка о том, что Липутин знает в
нашем деле не только больше нашего, но и еще что-нибудь, чего мы сами
никогда не узнаем.
- Помилуйте, Степан Трофимович! - бормотал Липутин будто бы в ужасном
испуге, - помилуйте...
- Молчите и начинайте! Я вас очень прошу, господин Кириллов, тоже
воротиться и присутствовать, очень прошу! Садитесь. А вы, Липутин, начинайте
прямо, просто... и без малейших отговорок!
- Знал бы только, что это вас так фрапирует, так я бы совсем и не
начал-с... А я-то ведь думал, что вам уже все известно от самой Варвары
Петровны!
- Совсем вы этого не думали! Начинайте, начинайте же, говорят вам!
- Только сделайте одолжение, присядьте уж и сами, а то что же я буду
сидеть, а вы в таком волнении будете передо мною... бегать. Нескладно
выйдет-с.
Степан Трофимович сдержал себя и внушительно опустился в кресло.
Инженер пасмурно наставился в землю. Липутин с неистовым наслаждением
смотрел на них.
- Да что же начинать... так сконфузили...
VI.
- Вдруг третьего дня, присылают ко мне своего человека: просят дескать
побывать вас завтра в двенадцать часов. Можете представить? Я дело бросил, и
вчера ровнешенько в полдень звоню. Вводят меня в гостиную; подождал с
минутку - вышли; посадили, сами напротив сели. Сижу и верить отказываюсь;
сами знаете, как она меня всегда третировала! Начинают прямо без изворотов,
по и