и туда заводили утонувших, кого — за руку, кого — за ногу..
Самко уверен, что погибло больше тысячи человек.
— Об этом еще никогда не писалось и не сообщалось, но, наконец, нужно,
чтобы родные погибших знали правду. Вечером 28 октября, за несколько часов
до взрыва, на «Новороссийск» прибыло более пятисот новых членов экипажа.
Нашу военную базу в Порккалла-Удд мы передали финнам, а личный состав
был разбросан по флотам. Вот так более 500 бывших солдат береговой охраны с
той базы и попали на линкор.
Их привели в 22 часа. А через три с половиной часа произошел взрыв, говорит очевидец. Этих ребят не успели, по-видимому, даже расписать по боевым
постам, а вполне возможно, они даже не были еще занесены в список личного
состава линкора.
Конечно же, руководству хотелось уменьшить число жертв. Так что скорее
всего родственники погибших мальчишек получили стандартные извещения
«погиб при исполнении боевого задания». А где и как — не сообщалось никому.
Морякам положены рабочие и хромовые ботинки. А когда доставляли трупы
утонувших, у сотен на ногах были сапоги... Эти солдатики не могли за несколько часов стать моряками и тонули в первую очередь...
— Я говорил потом со многими офицерами, — вспоминает Самко, — в том
числе нашего 407-го аварийно-спасательного дивизиона, и все знали про то, что
перед взрывом на «Новороссийск» были доставлены солдаты. Собственно, как
можно такое скрыть, об этом весь флот говорил. Но вот официального признания об этом так до сегодняшнего дня и не прозвучало...
Погибших хоронили по нескольким кладбищам Севастополя. В обстановке
«полной секретности». Рассказывает еще один непосредственный участник тех
событий, ныне краснодарец, Юрий Ярушкин:
— Я в то время был в Севастополе в учебном подразделении. На третий день
после взрыва линкора меня поставили в цепь охраны места, где хоронили погибших в братской могиле. Это была северная сторона. Была вырыта траншея,
на дно постелен брезент. Сколько человек сложили там и засыпали — не знаю.
Мне, как и другим, было приказано не пропускать никого из посторонних.
Больше на такое дежурство меня не ставили.
«Посторонними» часто оказывались матери, отцы, жены и дети погибших
моряков, просто близкие и друзья. По воспоминаниям других моряков и солдат,
поставленных на охрану нескольких погребений, некоторые родственники все
же «прорывались». «Не будешь же штыками этих убитых горем людей останавливать...»
Севастополь тогда был закрытым городом. Напуганные крупнейшей катастрофой в послевоенной истории флота военные и правительственные чины
сделали все, чтобы максимально заглушить эхо взрыва. Тела погибших род
504 100 ВЕЛИКИХ ЗАГАДОК ИСТОРИИ
ственникам не выдавались, имена многих так и не появились над скорбными
холмами братских могил.
Больше всего погибших похоронили там, где воздвигнут из бронзы одного из
гребных винтов «Новороссийска» «Скорбящий матрос» с приспущенным флагом. Этот памятник «новороссийцам» виден и с моря...
— Даже в 1956 г. в Северной бухте было запрещено купаться, — говорит А.
Самко. — Я сам вот так, ладони ковшиком, набирал воду — в ней плавали червячки , разложившееся человеческое мясо... Линкор подняли со дна только 2 мая
1957 г. и увели в Казачью бухту для разделывания.
Несмотря на все расследования, причина взрыва «Новороссийска» до сих
пор остается тайной. Как по свежим следам, так и сейчас в ходу остаются две
основные версии.
По одной из них линкор стал жертвой случайной, оставшейся со времен
Самко уверен, что погибло больше тысячи человек.
— Об этом еще никогда не писалось и не сообщалось, но, наконец, нужно,
чтобы родные погибших знали правду. Вечером 28 октября, за несколько часов
до взрыва, на «Новороссийск» прибыло более пятисот новых членов экипажа.
Нашу военную базу в Порккалла-Удд мы передали финнам, а личный состав
был разбросан по флотам. Вот так более 500 бывших солдат береговой охраны с
той базы и попали на линкор.
Их привели в 22 часа. А через три с половиной часа произошел взрыв, говорит очевидец. Этих ребят не успели, по-видимому, даже расписать по боевым
постам, а вполне возможно, они даже не были еще занесены в список личного
состава линкора.
Конечно же, руководству хотелось уменьшить число жертв. Так что скорее
всего родственники погибших мальчишек получили стандартные извещения
«погиб при исполнении боевого задания». А где и как — не сообщалось никому.
Морякам положены рабочие и хромовые ботинки. А когда доставляли трупы
утонувших, у сотен на ногах были сапоги... Эти солдатики не могли за несколько часов стать моряками и тонули в первую очередь...
— Я говорил потом со многими офицерами, — вспоминает Самко, — в том
числе нашего 407-го аварийно-спасательного дивизиона, и все знали про то, что
перед взрывом на «Новороссийск» были доставлены солдаты. Собственно, как
можно такое скрыть, об этом весь флот говорил. Но вот официального признания об этом так до сегодняшнего дня и не прозвучало...
Погибших хоронили по нескольким кладбищам Севастополя. В обстановке
«полной секретности». Рассказывает еще один непосредственный участник тех
событий, ныне краснодарец, Юрий Ярушкин:
— Я в то время был в Севастополе в учебном подразделении. На третий день
после взрыва линкора меня поставили в цепь охраны места, где хоронили погибших в братской могиле. Это была северная сторона. Была вырыта траншея,
на дно постелен брезент. Сколько человек сложили там и засыпали — не знаю.
Мне, как и другим, было приказано не пропускать никого из посторонних.
Больше на такое дежурство меня не ставили.
«Посторонними» часто оказывались матери, отцы, жены и дети погибших
моряков, просто близкие и друзья. По воспоминаниям других моряков и солдат,
поставленных на охрану нескольких погребений, некоторые родственники все
же «прорывались». «Не будешь же штыками этих убитых горем людей останавливать...»
Севастополь тогда был закрытым городом. Напуганные крупнейшей катастрофой в послевоенной истории флота военные и правительственные чины
сделали все, чтобы максимально заглушить эхо взрыва. Тела погибших род
504 100 ВЕЛИКИХ ЗАГАДОК ИСТОРИИ
ственникам не выдавались, имена многих так и не появились над скорбными
холмами братских могил.
Больше всего погибших похоронили там, где воздвигнут из бронзы одного из
гребных винтов «Новороссийска» «Скорбящий матрос» с приспущенным флагом. Этот памятник «новороссийцам» виден и с моря...
— Даже в 1956 г. в Северной бухте было запрещено купаться, — говорит А.
Самко. — Я сам вот так, ладони ковшиком, набирал воду — в ней плавали червячки , разложившееся человеческое мясо... Линкор подняли со дна только 2 мая
1957 г. и увели в Казачью бухту для разделывания.
Несмотря на все расследования, причина взрыва «Новороссийска» до сих
пор остается тайной. Как по свежим следам, так и сейчас в ходу остаются две
основные версии.
По одной из них линкор стал жертвой случайной, оставшейся со времен