е воспаление респираторной системы. У археологов наблюдается так называемая «коптская чесотка», принимающая формы кожного раздражения и стесненного дыхания. Но до сих пор этому не придавалось особого значения, она наблюдалась чаще всего у тех, кто работал с
папирусами.
ПРОКЛЯТИЕ ФАРАОНОВ ЗКДЕТ РАЗГАДКИ 173
Сотрудничая в каирском институте микробиологии, Таха доказал наличие
целой серии опасных болезнетворных агентов, среди которых — Aspergiflus niger.
По мнению ученого, он мог бы выжить в мумиях усыпальниц и пирамид на
протяжении 3—4 тысяч лет. «Это открытие, — заявил Таха, — раз и навсегда
прекратит пересуды о неком проклятии фараонов, исходящем из могил. Они
просто стали жертвами невидимых агентов, проникших в их организм во время
работы. Антибиотики могут вполне справиться с проклятием!»
Но инфекция — не единственная причина гибели столь большого числа людей,
сказал Таха. Он обещал продолжить работу, но... вскоре после пресс-конференции
стал очередной жертвой проклятия, которое так старательно развенчивал...
Это произошло на пустынной дороге между Суэцем и Каиром. Черная лента
асфальта мирно бежала меж желтых песков. Движение было слабым. Таха с
двумя коллегами ехал в Суэц. В 70 км от Каира машина его вдруг резко взяла
влево, на встречную полосу, и столкнулась с шедшей навстречу машиной. Трое
погибли сразу. Те, кто ехали в другой машине, были тяжело ранены. Вскрытие
тела Тахи показало, что у него случился сердечный приступ.
Правильно ли делал Таха, регулярно принимая антибиотики во время своих
исследований?
Конечно, инфекция представляется одной из самых вероятных версий, и
многие ученые разделяют эту идею.
В октябре 1956 г. южноафриканский геолог Джон Уфалз спустился в подземные пещеры в горах Родезии. Он не подозревал, что там его поджидает смертельная опасность. Его целью было изучить экскременты летучих мышей на
предмет их использования на манер гуано птичьих базаров. Там его было тысячи тонн. Через несколько дней Уайлз почувствовал недомогание, боль в мышцах. Первый же медосмотр показал пневмонию и плеврит. Но лечение не помогало, и ученого забрали в госпиталь Джоффри в Порт-Элизабет. Осматривая
пациента, доктор Дин, главный врач госпиталя, вспомнил недавнее сообщение, что американские врачи столкнулись с подобным случаем в Перуанских
Андах — в пещерах инков. Дин отправил анализ крови Уайлза в США. Ответ: та
же болезнь — гистоплазмоз, вызванная инфекционным грибком, произрастающим в экскрементах летучих мышей и иной гнилостной среде.
Антибиотики спасли Уайлзу жизнь. Но доктор Дин призадумался: нет ли
здесь связи с проклятием фараонов?
Здесь, в царских усыпальницах, более реальны яды, древние, как сама
история. Первый фараон, Манес, выращивал ядовитые растения в 3000 г. до н.э.
и знал, как они действуют. К сожалению, их ботаническая принадлежность
сомнительна. Но из более поздних источников мы знаем, что опиум, болиголов,
белена, мышьяк и аконит (борец) применялись повсеместно, причем пять миллиграммов аконита уже составляли смертельную дозу. Известна была также
синильная кислота, применявшаяся для мазей в Древней Греции. Сократ умер,
выпив болиголова (ядовитый алкалоид кониин). Медея убивала своих соперников колхицином. А Митридат, царь Малой Азии, живший в постоянном страхе,
что его отравят, принимал ежедневно малые дозы ядов, чтобы выработать невосприимчивость (ее так и назвали в его честь — митридатизм). Клеопатра была
настоящим экспертом в области токсикологии. Она пост
папирусами.
ПРОКЛЯТИЕ ФАРАОНОВ ЗКДЕТ РАЗГАДКИ 173
Сотрудничая в каирском институте микробиологии, Таха доказал наличие
целой серии опасных болезнетворных агентов, среди которых — Aspergiflus niger.
По мнению ученого, он мог бы выжить в мумиях усыпальниц и пирамид на
протяжении 3—4 тысяч лет. «Это открытие, — заявил Таха, — раз и навсегда
прекратит пересуды о неком проклятии фараонов, исходящем из могил. Они
просто стали жертвами невидимых агентов, проникших в их организм во время
работы. Антибиотики могут вполне справиться с проклятием!»
Но инфекция — не единственная причина гибели столь большого числа людей,
сказал Таха. Он обещал продолжить работу, но... вскоре после пресс-конференции
стал очередной жертвой проклятия, которое так старательно развенчивал...
Это произошло на пустынной дороге между Суэцем и Каиром. Черная лента
асфальта мирно бежала меж желтых песков. Движение было слабым. Таха с
двумя коллегами ехал в Суэц. В 70 км от Каира машина его вдруг резко взяла
влево, на встречную полосу, и столкнулась с шедшей навстречу машиной. Трое
погибли сразу. Те, кто ехали в другой машине, были тяжело ранены. Вскрытие
тела Тахи показало, что у него случился сердечный приступ.
Правильно ли делал Таха, регулярно принимая антибиотики во время своих
исследований?
Конечно, инфекция представляется одной из самых вероятных версий, и
многие ученые разделяют эту идею.
В октябре 1956 г. южноафриканский геолог Джон Уфалз спустился в подземные пещеры в горах Родезии. Он не подозревал, что там его поджидает смертельная опасность. Его целью было изучить экскременты летучих мышей на
предмет их использования на манер гуано птичьих базаров. Там его было тысячи тонн. Через несколько дней Уайлз почувствовал недомогание, боль в мышцах. Первый же медосмотр показал пневмонию и плеврит. Но лечение не помогало, и ученого забрали в госпиталь Джоффри в Порт-Элизабет. Осматривая
пациента, доктор Дин, главный врач госпиталя, вспомнил недавнее сообщение, что американские врачи столкнулись с подобным случаем в Перуанских
Андах — в пещерах инков. Дин отправил анализ крови Уайлза в США. Ответ: та
же болезнь — гистоплазмоз, вызванная инфекционным грибком, произрастающим в экскрементах летучих мышей и иной гнилостной среде.
Антибиотики спасли Уайлзу жизнь. Но доктор Дин призадумался: нет ли
здесь связи с проклятием фараонов?
Здесь, в царских усыпальницах, более реальны яды, древние, как сама
история. Первый фараон, Манес, выращивал ядовитые растения в 3000 г. до н.э.
и знал, как они действуют. К сожалению, их ботаническая принадлежность
сомнительна. Но из более поздних источников мы знаем, что опиум, болиголов,
белена, мышьяк и аконит (борец) применялись повсеместно, причем пять миллиграммов аконита уже составляли смертельную дозу. Известна была также
синильная кислота, применявшаяся для мазей в Древней Греции. Сократ умер,
выпив болиголова (ядовитый алкалоид кониин). Медея убивала своих соперников колхицином. А Митридат, царь Малой Азии, живший в постоянном страхе,
что его отравят, принимал ежедневно малые дозы ядов, чтобы выработать невосприимчивость (ее так и назвали в его честь — митридатизм). Клеопатра была
настоящим экспертом в области токсикологии. Она пост