аглянуть в его личное дело?
- Конечно. Ох уж эти жеребцы. Вечно им юбок мало! Правильно, что ты решила проверить. Сейчас я дам тебе его личное дело. - Карен подошла к шкафу, отыскала нужную папку и протянула ее Пейдж.
Та быстро просмотрела досье. Доктор Гарри Боуман закончил университет в небольшом городке на Среднем Западе, потом работал и учился в медицинском колледже. Он был анестезиологом.
А его отец - парикмахером.
***
Хони Тафт являлась загадкой для большинства врачей окружной больницы “Эмбаркадеро”. Во время утренних обходов она выглядела совершенно не уверенной в себе, но во время вечерних обходов это был совершенно другой человек - Хони становилась на удивление компетентна, очень верно определяла диагноз и лечение для каждого пациента.
Один из старших ординаторов решил обсудить этот феномен со своим коллегой.
- Черт побери, я совершенно ничего не понимаю. По утрам на доктора Тафт так и сыплются жалобы. Она постоянно ошибается, как в том анекдоте, знаешь, о медсестре, которая постоянно все делала не так? Доктор жалуется на нее, что он велел ей дать три таблетки пациенту из четвертой палаты, а она дала четыре таблетки пациенту из третьей палаты. И вот пока он рассказывает это, то видит, как эта медсестра гонится с кастрюлей кипятка по коридору за голым пациентом. Доктор говорит: “Вот полюбуйтесь: а ведь я же велел ей проколоть ему чирей” <Здесь имеет место игра слов: to prick boil по-английски означает и “проколоть чирей”, и “ошпарить кипятком”.>.
Коллега рассмеялся.
- Что ж, такова уж доктор Тафт. Но во время вечерних обходов она просто великолепна. Диагнозы совершенно верные, все точно, никаких ошибок. Она, должно быть, принимает какие-то волшебные пилюли, которые действуют только после обеда. - Он почесал затылок. - Ни черта не понимаю.
Доктор Натан Риттер был педантом, человеком, который жил и работал строго по инструкции. Может, он и не отличался блестящим умом, но был очень способным и преданным своему делу врачом и ожидал подобных же качеств от тех, с кем работал. К несчастью Хони, она попала в его бригаду. Обход начался с палаты, где лежали более десяти пациентов. Один из них как раз заканчивал завтрак. Риттер посмотрел его медицинскую карту, висевшую в ногах кровати.
- Доктор Тафт, судя по карте, это ваш пациент. Хони кивнула.
- Да.
- Ему на утро назначена бронхоскопия. Хони снова кивнула, - Совершенно верно.
- И вы позволяете ему есть? - рявкнул Риттер. - Перед бронхоскопией?
- Но этот бедняга ничего не ел с... - попыталась оправдаться Хони.
Натан Риттер повернулся к своему помощнику.
- Отложите бронхоскопию. - Он хотел было что-то сказать Хони, но сдержался. - Идемте дальше.
Следующим пациентом оказался пуэрториканец, которого мучил сильный кашель.
Доктор Риттер осмотрел его.
- Чей это пациент?
- Мой, - ответила Хони. Он нахмурился.
- Инфекция должна была уже пройти. - Доктор Риттер посмотрел карту. - Вы даете ему пятьдесят миллиграммов ампициллина четыре раза в день?
- Совершенно верно.
- Нет, не верно. Это не правильно! Ему необходимо давать пятьсот миллиграммов четыре раза в день. Вы забыли добавить ноль.
- Простите, я...
- Не удивительно, что у пациента не наблюдается улучшений! Немедленно внесите исправления.
- Да, доктор.
Когда они подошли к следующему пациенту Хони, доктор Риттер сказал с раздражением:
- Этому больному был назначен рентген то
- Конечно. Ох уж эти жеребцы. Вечно им юбок мало! Правильно, что ты решила проверить. Сейчас я дам тебе его личное дело. - Карен подошла к шкафу, отыскала нужную папку и протянула ее Пейдж.
Та быстро просмотрела досье. Доктор Гарри Боуман закончил университет в небольшом городке на Среднем Западе, потом работал и учился в медицинском колледже. Он был анестезиологом.
А его отец - парикмахером.
***
Хони Тафт являлась загадкой для большинства врачей окружной больницы “Эмбаркадеро”. Во время утренних обходов она выглядела совершенно не уверенной в себе, но во время вечерних обходов это был совершенно другой человек - Хони становилась на удивление компетентна, очень верно определяла диагноз и лечение для каждого пациента.
Один из старших ординаторов решил обсудить этот феномен со своим коллегой.
- Черт побери, я совершенно ничего не понимаю. По утрам на доктора Тафт так и сыплются жалобы. Она постоянно ошибается, как в том анекдоте, знаешь, о медсестре, которая постоянно все делала не так? Доктор жалуется на нее, что он велел ей дать три таблетки пациенту из четвертой палаты, а она дала четыре таблетки пациенту из третьей палаты. И вот пока он рассказывает это, то видит, как эта медсестра гонится с кастрюлей кипятка по коридору за голым пациентом. Доктор говорит: “Вот полюбуйтесь: а ведь я же велел ей проколоть ему чирей” <Здесь имеет место игра слов: to prick boil по-английски означает и “проколоть чирей”, и “ошпарить кипятком”.>.
Коллега рассмеялся.
- Что ж, такова уж доктор Тафт. Но во время вечерних обходов она просто великолепна. Диагнозы совершенно верные, все точно, никаких ошибок. Она, должно быть, принимает какие-то волшебные пилюли, которые действуют только после обеда. - Он почесал затылок. - Ни черта не понимаю.
Доктор Натан Риттер был педантом, человеком, который жил и работал строго по инструкции. Может, он и не отличался блестящим умом, но был очень способным и преданным своему делу врачом и ожидал подобных же качеств от тех, с кем работал. К несчастью Хони, она попала в его бригаду. Обход начался с палаты, где лежали более десяти пациентов. Один из них как раз заканчивал завтрак. Риттер посмотрел его медицинскую карту, висевшую в ногах кровати.
- Доктор Тафт, судя по карте, это ваш пациент. Хони кивнула.
- Да.
- Ему на утро назначена бронхоскопия. Хони снова кивнула, - Совершенно верно.
- И вы позволяете ему есть? - рявкнул Риттер. - Перед бронхоскопией?
- Но этот бедняга ничего не ел с... - попыталась оправдаться Хони.
Натан Риттер повернулся к своему помощнику.
- Отложите бронхоскопию. - Он хотел было что-то сказать Хони, но сдержался. - Идемте дальше.
Следующим пациентом оказался пуэрториканец, которого мучил сильный кашель.
Доктор Риттер осмотрел его.
- Чей это пациент?
- Мой, - ответила Хони. Он нахмурился.
- Инфекция должна была уже пройти. - Доктор Риттер посмотрел карту. - Вы даете ему пятьдесят миллиграммов ампициллина четыре раза в день?
- Совершенно верно.
- Нет, не верно. Это не правильно! Ему необходимо давать пятьсот миллиграммов четыре раза в день. Вы забыли добавить ноль.
- Простите, я...
- Не удивительно, что у пациента не наблюдается улучшений! Немедленно внесите исправления.
- Да, доктор.
Когда они подошли к следующему пациенту Хони, доктор Риттер сказал с раздражением:
- Этому больному был назначен рентген то