запеваю, куда деваться.
Или:
— Кто хочет после чистки оружия дрова пилить? Два шага вперед!
Добровольцев нет.
— Данеля, два шага вперед!
Потом я понял, что военным так произносить мою фамилию удобнее. Они привыкли команды отдавать, и “Данеля” намного короче и четче, чем расплывчатое, — Данелия.
На киностудии “Чинечитта” нас принял главный продюсер фирмы, киномагнат Дино Де Лаурентиис, невысокий сорокапятилетний мужчина, напоминающий гангстера средней руки из американского фильма.
(Между прочим, старший брат, прежде чем зайти к младшему в кабинет, надел галстук).
Дино сказал:
— Данела, у меня в контракте с Сорди написано, что я могу начать фильм только в том случае, если сценарий нравится артисту Сорди. Когда Сорди скажет, что сценарий его устраивает, я запущу фильм и даже читать сценарий не буду.
— В таком случае картину надо остановить и перенести съемки на следующее лето, — сказал я.
— Почему?
— То, что он предлагает, совсем другой сценарий. И дай Бог, если этот сценарий будет готов к зиме.
— Ну и что? Снимете зимой.
— Но вы же хотели, чтобы в фильме было путешествие по Волге. А зимой в России реки покрываются льдом, и корабли с туристами по ним не ходят.
— Ну, пусть плывут на ледоколе. Это даже интереснее. Снежные поля. Волки. (Братья Лаурентиисы видели ледоколы, когда снимали с Калатозовым “Красную палатку”.)
— Красивая идея! — поддержал брата Луиджи. — Вижу такой кадр: великая река покрыта льдом. Ледокол медленно движется, оставляя за собой черный след. Высокие берега покрыты снегом. А вдалеке по белым полям проносится стая волков…
— А на березках сидят домашние медведи и поют “Калинку-малинку”! — продолжил я.
— Что он сказал? — поинтересовался Луджи.
— Синьор Данелия хочет использовать в фильме русскую песню “Калинка-малинка”, — вольно перевел Валера.
— Браво, Данела, — сказал Дино, — “Калинка” хорошая песня!
Он угостил меня сигарой, сам закурил и по-американски задрал ноги на стол. На подметках его мокасин золотой вязью было написано: “Дино Де Лаурентиис”.
Из кабинета старшего брата — Луиджи — я позвонил в Москву новому директору “Мосфильма” Николаю Трофимовичу Сизову, доложил что происходит, и сказал, что картину надо останавливать.
Сизов сказал, чтобы я не паниковал, а подумал над итальянскими предложениями. Любовь — это не так уж плохо.
В Сабаудиа в гостинице нас встретили Рудольфо и Аллегра и отвезли к себе на виллу. После ужина Сонего спросил:
— Аллегра говорит, что видела в России женщину за рулем такси. Это возможно? — спросил он.
— Возможно.
— А если Маша будет работать на такси, это не шокирует вашу великую державу?
Я пожал плечами.
И Рудольфо рассказал новую версию. Альберто, как хочет Сорди, прилетел один. Когда он отстал от корабля в Ярославле, он догоняет его на такси, за рулем которого русская девушка Маша. Получалась довольно-таки складная история. И многое, что было в нашей заявке, сохранялось. (Сонего сказал, что этот вариант устраивает и Сорди.)
Я снова позвонил Сизову.
— Вот видишь, а ты волновался! — сказал он. — Немного подумали, и уже что-то появилось.
А поздно вечером, уже около двенадцати, когда мы легли спать, из вестибюля позвонил Сонего и сказал, что приехал Сорди.
Самый популярный комедийный актер Европы Альберто Сорди в жизни оказался простым и деликатным. Он извинился, что
Или:
— Кто хочет после чистки оружия дрова пилить? Два шага вперед!
Добровольцев нет.
— Данеля, два шага вперед!
Потом я понял, что военным так произносить мою фамилию удобнее. Они привыкли команды отдавать, и “Данеля” намного короче и четче, чем расплывчатое, — Данелия.
На киностудии “Чинечитта” нас принял главный продюсер фирмы, киномагнат Дино Де Лаурентиис, невысокий сорокапятилетний мужчина, напоминающий гангстера средней руки из американского фильма.
(Между прочим, старший брат, прежде чем зайти к младшему в кабинет, надел галстук).
Дино сказал:
— Данела, у меня в контракте с Сорди написано, что я могу начать фильм только в том случае, если сценарий нравится артисту Сорди. Когда Сорди скажет, что сценарий его устраивает, я запущу фильм и даже читать сценарий не буду.
— В таком случае картину надо остановить и перенести съемки на следующее лето, — сказал я.
— Почему?
— То, что он предлагает, совсем другой сценарий. И дай Бог, если этот сценарий будет готов к зиме.
— Ну и что? Снимете зимой.
— Но вы же хотели, чтобы в фильме было путешествие по Волге. А зимой в России реки покрываются льдом, и корабли с туристами по ним не ходят.
— Ну, пусть плывут на ледоколе. Это даже интереснее. Снежные поля. Волки. (Братья Лаурентиисы видели ледоколы, когда снимали с Калатозовым “Красную палатку”.)
— Красивая идея! — поддержал брата Луиджи. — Вижу такой кадр: великая река покрыта льдом. Ледокол медленно движется, оставляя за собой черный след. Высокие берега покрыты снегом. А вдалеке по белым полям проносится стая волков…
— А на березках сидят домашние медведи и поют “Калинку-малинку”! — продолжил я.
— Что он сказал? — поинтересовался Луджи.
— Синьор Данелия хочет использовать в фильме русскую песню “Калинка-малинка”, — вольно перевел Валера.
— Браво, Данела, — сказал Дино, — “Калинка” хорошая песня!
Он угостил меня сигарой, сам закурил и по-американски задрал ноги на стол. На подметках его мокасин золотой вязью было написано: “Дино Де Лаурентиис”.
Из кабинета старшего брата — Луиджи — я позвонил в Москву новому директору “Мосфильма” Николаю Трофимовичу Сизову, доложил что происходит, и сказал, что картину надо останавливать.
Сизов сказал, чтобы я не паниковал, а подумал над итальянскими предложениями. Любовь — это не так уж плохо.
В Сабаудиа в гостинице нас встретили Рудольфо и Аллегра и отвезли к себе на виллу. После ужина Сонего спросил:
— Аллегра говорит, что видела в России женщину за рулем такси. Это возможно? — спросил он.
— Возможно.
— А если Маша будет работать на такси, это не шокирует вашу великую державу?
Я пожал плечами.
И Рудольфо рассказал новую версию. Альберто, как хочет Сорди, прилетел один. Когда он отстал от корабля в Ярославле, он догоняет его на такси, за рулем которого русская девушка Маша. Получалась довольно-таки складная история. И многое, что было в нашей заявке, сохранялось. (Сонего сказал, что этот вариант устраивает и Сорди.)
Я снова позвонил Сизову.
— Вот видишь, а ты волновался! — сказал он. — Немного подумали, и уже что-то появилось.
А поздно вечером, уже около двенадцати, когда мы легли спать, из вестибюля позвонил Сонего и сказал, что приехал Сорди.
Самый популярный комедийный актер Европы Альберто Сорди в жизни оказался простым и деликатным. Он извинился, что