последовало строгое предупреждение. Кубинский
МИД направил протест американским властям, попытавшимся создать новый
прецедент. В нем, в частности, говорилось: "Правительство США должно принять
энергичные меры, чтобы положить конец нелегальной транспортировке людей,
если оно действительно, как заявляло об этом, желает эффективно выполнять
миграционные соглашения, подписанные с Кубой". США были вынуждены отступить
перед справедливыми требованиями кубинской стороны.
Правящие круги Соединенных Штатов озабочены в последние годы не только
успехами Фиделя Кастро по выводу страны из кризиса и продемонстрированной на
деле способностью "защитить независимость, родину и социализм". Их все
больше волнует, что Куба весьма успешно наращивает сотрудничество с Канадой,
государствами Европейского Союза и латиноамериканскими странами. Их
беспокойство прежде всего связано с тем, что позиции, сданные на Кубе
Москвой, быстро занимают основные конкуренты Соединенных Штатов по мировому
рынку. При этом большинство среди них - это военно-политические союзники
Вашингтона. Американские деловые круги с ужасом узнают, что все наиболее
перспективные и прибыльные отрасли кубинского народного хозяйства на глазах
осваиваются канадским, испанским, французским, немецким, британским,
израильским, мексиканским и другим капиталом. Их страшит мысль, что, когда
правящие круги США наконец снимут эмбарго, то все лучшие места в кубинской
экономике уже будут заняты.
Белый дом загнал сам себя в угол в кубинском вопросе. Судорожно, как
игрок, оказавшийся в цейтноте, Вашингтон совершает одну ошибку за другой.
Грубым просчетом демократической администрации Б. Клинтона явилось одобрение
принятого крайне правым республиканским большинством конгресса так
называемого "Акта о кубинской свободе и демократической солидарности",
получившего название закона Хелмса-Бертона по фамилиям его главных авторов.
Конгресс США проголосовал за него в конце 1995 г., а Б. Клинтон подписал
закон 12 марта 1996 г.
Закон не выдерживает никакой критики ни с юридической, ни с
экономической точек зрения. Он носит экстерриториальный характер, попирает
фундаментальные нормы международного права и соглашения о свободе торговли,
подписанные самими США. Будучи формально направленным на ужесточение
экономического эмбарго против Кубы, он с неменьшей силой бьет
непосредственно по коммерческим интересам крупнейших индустриально развитых
государств, осуществивших инвестиции в экономику острова. Закон сталкивает
США со своими крупнейшими стратегическими союзниками.
"Акт о кубинской свободе и демократической солидарности"
предусматривает многократно завышенные компенсационные выплаты американским
гражданам, в том числе кубинского происхождения, эмигрировавшим с острова
после революции. Общая сумма их исков оценивается фантастической суммой -
100 млрд. долларов. Один этот факт говорит об абсурдности документа.
Закон Хелмса-Бертона является прямым вмешательством во внутренние дела
Кубы. В нем в ультимативной форме ставятся требования об изменении
общественного строя суверенной страны, указывается, кто должен уйти со своих
постов в кубинском правительстве, а кто может пока остаться. Одновременно
этот закон содержит раздел, предусматривающий особые санкции против бывших
республик СССР, если о
МИД направил протест американским властям, попытавшимся создать новый
прецедент. В нем, в частности, говорилось: "Правительство США должно принять
энергичные меры, чтобы положить конец нелегальной транспортировке людей,
если оно действительно, как заявляло об этом, желает эффективно выполнять
миграционные соглашения, подписанные с Кубой". США были вынуждены отступить
перед справедливыми требованиями кубинской стороны.
Правящие круги Соединенных Штатов озабочены в последние годы не только
успехами Фиделя Кастро по выводу страны из кризиса и продемонстрированной на
деле способностью "защитить независимость, родину и социализм". Их все
больше волнует, что Куба весьма успешно наращивает сотрудничество с Канадой,
государствами Европейского Союза и латиноамериканскими странами. Их
беспокойство прежде всего связано с тем, что позиции, сданные на Кубе
Москвой, быстро занимают основные конкуренты Соединенных Штатов по мировому
рынку. При этом большинство среди них - это военно-политические союзники
Вашингтона. Американские деловые круги с ужасом узнают, что все наиболее
перспективные и прибыльные отрасли кубинского народного хозяйства на глазах
осваиваются канадским, испанским, французским, немецким, британским,
израильским, мексиканским и другим капиталом. Их страшит мысль, что, когда
правящие круги США наконец снимут эмбарго, то все лучшие места в кубинской
экономике уже будут заняты.
Белый дом загнал сам себя в угол в кубинском вопросе. Судорожно, как
игрок, оказавшийся в цейтноте, Вашингтон совершает одну ошибку за другой.
Грубым просчетом демократической администрации Б. Клинтона явилось одобрение
принятого крайне правым республиканским большинством конгресса так
называемого "Акта о кубинской свободе и демократической солидарности",
получившего название закона Хелмса-Бертона по фамилиям его главных авторов.
Конгресс США проголосовал за него в конце 1995 г., а Б. Клинтон подписал
закон 12 марта 1996 г.
Закон не выдерживает никакой критики ни с юридической, ни с
экономической точек зрения. Он носит экстерриториальный характер, попирает
фундаментальные нормы международного права и соглашения о свободе торговли,
подписанные самими США. Будучи формально направленным на ужесточение
экономического эмбарго против Кубы, он с неменьшей силой бьет
непосредственно по коммерческим интересам крупнейших индустриально развитых
государств, осуществивших инвестиции в экономику острова. Закон сталкивает
США со своими крупнейшими стратегическими союзниками.
"Акт о кубинской свободе и демократической солидарности"
предусматривает многократно завышенные компенсационные выплаты американским
гражданам, в том числе кубинского происхождения, эмигрировавшим с острова
после революции. Общая сумма их исков оценивается фантастической суммой -
100 млрд. долларов. Один этот факт говорит об абсурдности документа.
Закон Хелмса-Бертона является прямым вмешательством во внутренние дела
Кубы. В нем в ультимативной форме ставятся требования об изменении
общественного строя суверенной страны, указывается, кто должен уйти со своих
постов в кубинском правительстве, а кто может пока остаться. Одновременно
этот закон содержит раздел, предусматривающий особые санкции против бывших
республик СССР, если о