умов. Это как вам угодно. Вы, верно, господа, порядочно позавтракали?
Курчаев. Малым делом. (Берет карандаш и бумагу и чертит что-то.)
Глумов. То-то, оно и видно. У меня, господа, времени свободного
немного. В чем дело? (Садится, Голутвин тоже.)
Курчаев. Нет ли у вас стихов?
Глумов. Каких стихов? Вы, верно, не туда зашли.
Голутвин. Нет, туда.
Глумов (Курчаеву). Не марайте, пожалуйста, бумагу!
Курчаев. Нам эпиграмм нужно. Я знаю, что у вас есть.
Глумов. Никаких нет.
Курчаев. Ну, полно вам! Все знают.У вас на весь город написаны. Вон он
хочет сотрудником быть в юмористических газетах.
Глумов (Голутвину). Вот как! Вы писали прежде?
Голутвин. Писал.
Глумов. Что?
Голутвин. Все: романы, повести, драмы, комедии.
Глумов. Ну, и что же?
Голутвин. Ну, и не печатают нигде, ни за что; сколько ни просил, и
даром не хотят. Хочу за скандальчики приняться.
Глумов. Опять не напечатают.
Голутвин. Попытаюсь.
Глумов. Да ведь опасно.
Голутвин. Опасно? А что, прибьют?
Глумов. Пожалуй.
Голутвин. Да говорят, что в других местах бьют, а у нас что-то не
слыхать.
Глумов. Так пишите!
Голутвин. С кого мне писать-то, я никого не знаю.
Курчаев. У вас, говорят, дневник какой-то есть, где вы всех по косточке
разобрали.
Голутвин. Ну, вот и давайте, давайте его сюда!
Глумов. Ну да, как же не дать!
Голутвин. А уж мы бы их распечатали.
Глумов. И дневника никакого у меня нет.
Курчаев. Разговаривайте! Видели его у вас.
Голутвин. Ишь как прикидывается; а тоже ведь наш брат, Исакий.
Глумов. Не брат я вам, и не Исакий.
Голутвин. А какие бы мы деньги за него взяли...
Курчаев. Да, в самом деле, ему деньги нужны. "Будет, говорит, на чужой
счет пить; трудиться хочу". Это он называет трудиться. Скажите пожалуйста!
Глумов. Слышу, слышу.
Голутвин. Материалов нет.
Курчаев. Вон, видите, у него материалов нет. Дайте ему материал, пусть
его трудится.
Глумов (вставая). Да не марайте же бумагу!
Курчаев. Ну, вот еще, что за важность!
Глумов. Каких-то петухов тут рисуете.
Курчаев. Ошибаетесь. Это не петух, а мой уважаемый дядюшка, Нил
Федосеич Мамаев. Вот (дорисовывает), и похоже, и хохол похож.
Голутвин. А интересная он личность? Для меня, например?
Курчаев. Очень интересная. Во-первых, он считает себя всех умнее и всех
учит. Его хлебом не корми, только приди совета попроси.
Голутвин. Ну вот, подпишите под петухом-то: новейший самоучитель!
Курчаев подписывает.
Да и пошлем напечатать.
Курчаев. Нет, не надо, все-таки дядя. (Отталкивает бумагу, Глумов берет
и прячет в карман.)
Голутвин. А еще какие художества за ним водятся?
Курчаев. Много. Третий год квартиру ищет. Ему и не нужна квартира, он
просто ездит разговаривать, все как будто дело делает. Выедет с утра,
квартир десять осмотрит, поговорит с хозяевами, с дворниками; потом поедет
по лавкам пробовать икру, балык; там рассядется, в рассуждения пустится.
Купцы не знают, как выжить его из лавки, а он доволен, все-таки утро у него
не пропало даром. (Глумову.) Да, вот еще, я и забыл сказать. Тетка в вас
влюблена, как кошка.
Глумов. Каким же это образом?
Курчаев. В театре видела, все глаза проглядела, шею было свернула. Все
у меня спрашивала: кто такой? Вы этим не шутите!
Г
Курчаев. Малым делом. (Берет карандаш и бумагу и чертит что-то.)
Глумов. То-то, оно и видно. У меня, господа, времени свободного
немного. В чем дело? (Садится, Голутвин тоже.)
Курчаев. Нет ли у вас стихов?
Глумов. Каких стихов? Вы, верно, не туда зашли.
Голутвин. Нет, туда.
Глумов (Курчаеву). Не марайте, пожалуйста, бумагу!
Курчаев. Нам эпиграмм нужно. Я знаю, что у вас есть.
Глумов. Никаких нет.
Курчаев. Ну, полно вам! Все знают.У вас на весь город написаны. Вон он
хочет сотрудником быть в юмористических газетах.
Глумов (Голутвину). Вот как! Вы писали прежде?
Голутвин. Писал.
Глумов. Что?
Голутвин. Все: романы, повести, драмы, комедии.
Глумов. Ну, и что же?
Голутвин. Ну, и не печатают нигде, ни за что; сколько ни просил, и
даром не хотят. Хочу за скандальчики приняться.
Глумов. Опять не напечатают.
Голутвин. Попытаюсь.
Глумов. Да ведь опасно.
Голутвин. Опасно? А что, прибьют?
Глумов. Пожалуй.
Голутвин. Да говорят, что в других местах бьют, а у нас что-то не
слыхать.
Глумов. Так пишите!
Голутвин. С кого мне писать-то, я никого не знаю.
Курчаев. У вас, говорят, дневник какой-то есть, где вы всех по косточке
разобрали.
Голутвин. Ну, вот и давайте, давайте его сюда!
Глумов. Ну да, как же не дать!
Голутвин. А уж мы бы их распечатали.
Глумов. И дневника никакого у меня нет.
Курчаев. Разговаривайте! Видели его у вас.
Голутвин. Ишь как прикидывается; а тоже ведь наш брат, Исакий.
Глумов. Не брат я вам, и не Исакий.
Голутвин. А какие бы мы деньги за него взяли...
Курчаев. Да, в самом деле, ему деньги нужны. "Будет, говорит, на чужой
счет пить; трудиться хочу". Это он называет трудиться. Скажите пожалуйста!
Глумов. Слышу, слышу.
Голутвин. Материалов нет.
Курчаев. Вон, видите, у него материалов нет. Дайте ему материал, пусть
его трудится.
Глумов (вставая). Да не марайте же бумагу!
Курчаев. Ну, вот еще, что за важность!
Глумов. Каких-то петухов тут рисуете.
Курчаев. Ошибаетесь. Это не петух, а мой уважаемый дядюшка, Нил
Федосеич Мамаев. Вот (дорисовывает), и похоже, и хохол похож.
Голутвин. А интересная он личность? Для меня, например?
Курчаев. Очень интересная. Во-первых, он считает себя всех умнее и всех
учит. Его хлебом не корми, только приди совета попроси.
Голутвин. Ну вот, подпишите под петухом-то: новейший самоучитель!
Курчаев подписывает.
Да и пошлем напечатать.
Курчаев. Нет, не надо, все-таки дядя. (Отталкивает бумагу, Глумов берет
и прячет в карман.)
Голутвин. А еще какие художества за ним водятся?
Курчаев. Много. Третий год квартиру ищет. Ему и не нужна квартира, он
просто ездит разговаривать, все как будто дело делает. Выедет с утра,
квартир десять осмотрит, поговорит с хозяевами, с дворниками; потом поедет
по лавкам пробовать икру, балык; там рассядется, в рассуждения пустится.
Купцы не знают, как выжить его из лавки, а он доволен, все-таки утро у него
не пропало даром. (Глумову.) Да, вот еще, я и забыл сказать. Тетка в вас
влюблена, как кошка.
Глумов. Каким же это образом?
Курчаев. В театре видела, все глаза проглядела, шею было свернула. Все
у меня спрашивала: кто такой? Вы этим не шутите!
Г