о дорогим; это для, домашнего обихода очень
хорошо.
Входят Огудалова и Карандышев.
"ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ"
Паратов, Лариса, Огудалова, Карандышев, потом лакей.
Огудалова. Позвольте вас познакомить, господа! (Паратову.) Юлий
Капитоныч Карандышев. (Карандышеву.) Сергей Сергеич Паратов.
Паратов (подавая руку Карандышеву). Мы уже знакомы. (Кланяясь.) Человек
с большими усами и малыми способностями. Прошу любить и жаловать. Старый
друг Хариты Игнатьевны и Ларисы Дмитриевны.
Карандышев (сдержанно). Очень приятно.
Огудалова. Сергей Сергеич у нас в даме как родной.
Карандышев. Очень приятно.
Паратов (Карандышгву). Вы не ревнивы?
Карандышев. Я надеюсь, что Лариса Дмитриевна не подаст мне никакого
повода быть ревнивым.
Паратов. Да ведь ревнивые люди ревнуют без всякого повода.
Лариса. Я ручаюсь, что Юлий Капитоныч меня ревновать не будет.
Карандышев. Да, конечно; но если бы...
Паратов. О да, да. Вероятно, это было бы что-нибудь очень ужасное.
Огудалова. Что вы, господа, затеяли! Разве нет других разговоров, кроме
ревности!
Лариса. Мы, Сергей Сергеич, скоро едем в деревню.
Паратов. От прекрасных здешних мест?
Карандышев. Что же вы находите здесь прекрасного?
Паратов. Ведь это как кому; на вкус, на цвет образца нет.
Огудалова. Правда, правда. Кому город нравится, а кому деревня.
Паратов. Тетенька, у всякого свой вкус: один любит арбуз, другой свиной
хрящик.
Огудалова. Ах, проказник! Откуда вы столько пословиц знаете?
Паратов. С бурлаками водился, тетенька, так русскому языку выучишься.
Карандышев. У бурлаков учиться русскому языку?
Паратов. А почему ж у них не учиться?
Карандышев. Да потому, что мы считаем их...
Паратов. Кто это: мы?
Карандышев (разгорячись). Мы, то есть образованные люди, а не бурлаки.
Паратов. Ну-с, чем же вы считаете бурлаков? Я судохозяин и вступаюсь за
них; я сам такой же бурлак.
Карандышев. Мы считаем их образцом грубости и невежества.
Паратов. Ну, далее, господин Карандышев!
Карандышев. Все, больше ничего.
Паратов. Нет, не все, главного недостает: вам нужно просить извинения.
Карандышев. Мне - извиняться!
Паратов. Да, уж нечего делать, надо.
Карандышев. Да с какой стати? Это мое убеждение.
Паратов. Но-но-но-но! Отвилять нельзя.
Огудалова. Господа, господа, что вы!
Паратов. Не беспокойтесь, я за это на дуэль не вызову: ваш жених цел
останется; я только поучу его. У меня правило: никому ничего не прощать; а
то страх забудут, забываться станут.
Лариса (Карандышеву). Что вы делаете? Просите извинения сейчас, я вам
приказываю.
Паратов (Огудаловой). Кажется, пора меня знать. Если я кого хочу
поучить, так на неделю дома запираюсь да казнь придумываю.
Карандышев (Паратову). Я не понимаю.
Паратов. Так выучитесь прежде понимать, да потом и разговаривайте!
Огудалова. Сергей Сергеич, я на колени брошусь перед вами; ну, ради
меня, извините его!
Паратов (Карандышеву). Благодарите Хариту Игнатьевну. Я вас прощаю.
Только, мой родной, разбирайте людей! Я еду-еду, не свищу, а наеду - не
спущу.
Карандышев хочет отвечать.
Огудалова. Не возражайте, не возражайте! А то я с вами поссорюсь.
Лариса! Вели шампанского подать да налей им по стаканчику
хорошо.
Входят Огудалова и Карандышев.
"ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ"
Паратов, Лариса, Огудалова, Карандышев, потом лакей.
Огудалова. Позвольте вас познакомить, господа! (Паратову.) Юлий
Капитоныч Карандышев. (Карандышеву.) Сергей Сергеич Паратов.
Паратов (подавая руку Карандышеву). Мы уже знакомы. (Кланяясь.) Человек
с большими усами и малыми способностями. Прошу любить и жаловать. Старый
друг Хариты Игнатьевны и Ларисы Дмитриевны.
Карандышев (сдержанно). Очень приятно.
Огудалова. Сергей Сергеич у нас в даме как родной.
Карандышев. Очень приятно.
Паратов (Карандышгву). Вы не ревнивы?
Карандышев. Я надеюсь, что Лариса Дмитриевна не подаст мне никакого
повода быть ревнивым.
Паратов. Да ведь ревнивые люди ревнуют без всякого повода.
Лариса. Я ручаюсь, что Юлий Капитоныч меня ревновать не будет.
Карандышев. Да, конечно; но если бы...
Паратов. О да, да. Вероятно, это было бы что-нибудь очень ужасное.
Огудалова. Что вы, господа, затеяли! Разве нет других разговоров, кроме
ревности!
Лариса. Мы, Сергей Сергеич, скоро едем в деревню.
Паратов. От прекрасных здешних мест?
Карандышев. Что же вы находите здесь прекрасного?
Паратов. Ведь это как кому; на вкус, на цвет образца нет.
Огудалова. Правда, правда. Кому город нравится, а кому деревня.
Паратов. Тетенька, у всякого свой вкус: один любит арбуз, другой свиной
хрящик.
Огудалова. Ах, проказник! Откуда вы столько пословиц знаете?
Паратов. С бурлаками водился, тетенька, так русскому языку выучишься.
Карандышев. У бурлаков учиться русскому языку?
Паратов. А почему ж у них не учиться?
Карандышев. Да потому, что мы считаем их...
Паратов. Кто это: мы?
Карандышев (разгорячись). Мы, то есть образованные люди, а не бурлаки.
Паратов. Ну-с, чем же вы считаете бурлаков? Я судохозяин и вступаюсь за
них; я сам такой же бурлак.
Карандышев. Мы считаем их образцом грубости и невежества.
Паратов. Ну, далее, господин Карандышев!
Карандышев. Все, больше ничего.
Паратов. Нет, не все, главного недостает: вам нужно просить извинения.
Карандышев. Мне - извиняться!
Паратов. Да, уж нечего делать, надо.
Карандышев. Да с какой стати? Это мое убеждение.
Паратов. Но-но-но-но! Отвилять нельзя.
Огудалова. Господа, господа, что вы!
Паратов. Не беспокойтесь, я за это на дуэль не вызову: ваш жених цел
останется; я только поучу его. У меня правило: никому ничего не прощать; а
то страх забудут, забываться станут.
Лариса (Карандышеву). Что вы делаете? Просите извинения сейчас, я вам
приказываю.
Паратов (Огудаловой). Кажется, пора меня знать. Если я кого хочу
поучить, так на неделю дома запираюсь да казнь придумываю.
Карандышев (Паратову). Я не понимаю.
Паратов. Так выучитесь прежде понимать, да потом и разговаривайте!
Огудалова. Сергей Сергеич, я на колени брошусь перед вами; ну, ради
меня, извините его!
Паратов (Карандышеву). Благодарите Хариту Игнатьевну. Я вас прощаю.
Только, мой родной, разбирайте людей! Я еду-еду, не свищу, а наеду - не
спущу.
Карандышев хочет отвечать.
Огудалова. Не возражайте, не возражайте! А то я с вами поссорюсь.
Лариса! Вели шампанского подать да налей им по стаканчику