меня мечты
Прочь от земли родной; Корабль умчит меня от ней
В безвестную страну, И повторит волна морей:
Люблю, люблю одну!
194
13"
Я не достоин, может быть, Твоей любви: не мне судить; Но ты обманом
наградила Мои надежды и мечты, И я всегда скажу, что ты Несправедливо
поступила. Ты не коварна, как змея, Лишь часто новым впечатленьям Душа
вверяется твоя. Она увлечена мгновеньем; Ей милы многие, вполне Еще никто;
но это мне Служить не может утешеньем. В те дни, когда, любим тобой, Я мог
доволен быть судьбой, Прощальный поцелуй однажды Я сорвал с нежных уст
твоих; Но в зной, среди степей сухих, Не утоляет капля жажды. Дай бог, чтоб
ты нашла опять, Что не боялась потерять; Но... женщина забыть не может Того,
кто так любил, как я; И в час блаженнейший тебя Воспоминание встревожит!
Тебя раскаянье кольнет,
195
Когда с насмешкой проклянет Ничтожный мир мое названье! И побоишься
защитить, Чтобы в преступном состраданье Вновь обвиняемой не быть!
ВОЛЯ
Моя мать -- злая кручина,
Отцом же была мне -- судьбина;
Мои братья, хоть люди,
Не хотят к моей груди
Прижаться;
Им стыдно со мною,
С бедным сиротою,
Обняться!
Но мне богом дана
Молодая жена,
Воля-волюшка,
Вольность милая,
Несравненная;
С ней нашлись другие у меня
Мать, отец и семья;
А моя мать -- степь широкая,
А мой отец -- небо далекое;
Они меня воспитали,
Кормили, поили, ласкали;
Мои братья в лесах --
Березы да сосны.
Несусь ли я на коне -- Степь отвечает мне; Брожу ли поздней порой --
Небо светит мне луной; Мои братья, в летний день, Призывая под тень, Машут
издали руками, Кивают мне головами; И вольность мне гнездо свила, Как мир --
необъятное!
196
СЕНТЯБРЯ 28
Опять, опять я видел взор твой милый,
Я говорил с тобой. И мне былое, взятое могилой,
Напомнил голос твой. К чему? -- другой лобзает эти очи
И руку жмет твою. Другому голос твой во мраке ночи
Твердит: люблю! люблю!
Откройся мне: ужели непритворны
Лобзания твои? Они правам супружества покорны,
Но не правам любви; Он для тебя не создан; ты родилась
Для пламенных страстей. Отдав ему себя, ты не спросилась
У совести своей.
Он чувствовал ли трепет потаенный
В присутствии твоем; Умел ли презирать он мир презренный,
Чтоб мыслить об одном; Встречал ли он с молчаньем и слезами
Привет холодный твой, И лучшими ль он жертвовал годами
Мгновениям с тобой?
Нет! я уверен, твоего блаженства
Не может сделать тот, Кто красоты наружной совершенства
Одни в тебе найдет. Так! ты его не любишь... тайной властью
Прикована ты вновь К душе печальной, незнакомой счастью, Но нежной, как
любовь.
197
Зови надежду сновиденьем, Неправду -- истиной зови, Не верь хвалам и
увереньям, Но верь, о, верь моей любви!
Такой любви нельзя не верить, Мой взор не скроет ничего; С тобою грех
мне лицемерить, Ты слишком ангел для того.
Прекрасны вы, поля земли родной, Еще прекрасней ваши непогоды; Зима
сходна в ней с первою зимой, Как с первыми людьми ее народы!.. Туман здесь
одевает неба своды! И степь раскинулась лиловой пеленой, И так она свежа, и
так родня с душой, Как будто создана лишь для свободы...
Но эта степь любви моей чужда;
Но этот снег летучий, серебристый
Прочь от земли родной; Корабль умчит меня от ней
В безвестную страну, И повторит волна морей:
Люблю, люблю одну!
194
13"
Я не достоин, может быть, Твоей любви: не мне судить; Но ты обманом
наградила Мои надежды и мечты, И я всегда скажу, что ты Несправедливо
поступила. Ты не коварна, как змея, Лишь часто новым впечатленьям Душа
вверяется твоя. Она увлечена мгновеньем; Ей милы многие, вполне Еще никто;
но это мне Служить не может утешеньем. В те дни, когда, любим тобой, Я мог
доволен быть судьбой, Прощальный поцелуй однажды Я сорвал с нежных уст
твоих; Но в зной, среди степей сухих, Не утоляет капля жажды. Дай бог, чтоб
ты нашла опять, Что не боялась потерять; Но... женщина забыть не может Того,
кто так любил, как я; И в час блаженнейший тебя Воспоминание встревожит!
Тебя раскаянье кольнет,
195
Когда с насмешкой проклянет Ничтожный мир мое названье! И побоишься
защитить, Чтобы в преступном состраданье Вновь обвиняемой не быть!
ВОЛЯ
Моя мать -- злая кручина,
Отцом же была мне -- судьбина;
Мои братья, хоть люди,
Не хотят к моей груди
Прижаться;
Им стыдно со мною,
С бедным сиротою,
Обняться!
Но мне богом дана
Молодая жена,
Воля-волюшка,
Вольность милая,
Несравненная;
С ней нашлись другие у меня
Мать, отец и семья;
А моя мать -- степь широкая,
А мой отец -- небо далекое;
Они меня воспитали,
Кормили, поили, ласкали;
Мои братья в лесах --
Березы да сосны.
Несусь ли я на коне -- Степь отвечает мне; Брожу ли поздней порой --
Небо светит мне луной; Мои братья, в летний день, Призывая под тень, Машут
издали руками, Кивают мне головами; И вольность мне гнездо свила, Как мир --
необъятное!
196
СЕНТЯБРЯ 28
Опять, опять я видел взор твой милый,
Я говорил с тобой. И мне былое, взятое могилой,
Напомнил голос твой. К чему? -- другой лобзает эти очи
И руку жмет твою. Другому голос твой во мраке ночи
Твердит: люблю! люблю!
Откройся мне: ужели непритворны
Лобзания твои? Они правам супружества покорны,
Но не правам любви; Он для тебя не создан; ты родилась
Для пламенных страстей. Отдав ему себя, ты не спросилась
У совести своей.
Он чувствовал ли трепет потаенный
В присутствии твоем; Умел ли презирать он мир презренный,
Чтоб мыслить об одном; Встречал ли он с молчаньем и слезами
Привет холодный твой, И лучшими ль он жертвовал годами
Мгновениям с тобой?
Нет! я уверен, твоего блаженства
Не может сделать тот, Кто красоты наружной совершенства
Одни в тебе найдет. Так! ты его не любишь... тайной властью
Прикована ты вновь К душе печальной, незнакомой счастью, Но нежной, как
любовь.
197
Зови надежду сновиденьем, Неправду -- истиной зови, Не верь хвалам и
увереньям, Но верь, о, верь моей любви!
Такой любви нельзя не верить, Мой взор не скроет ничего; С тобою грех
мне лицемерить, Ты слишком ангел для того.
Прекрасны вы, поля земли родной, Еще прекрасней ваши непогоды; Зима
сходна в ней с первою зимой, Как с первыми людьми ее народы!.. Туман здесь
одевает неба своды! И степь раскинулась лиловой пеленой, И так она свежа, и
так родня с душой, Как будто создана лишь для свободы...
Но эта степь любви моей чужда;
Но этот снег летучий, серебристый