ршить не может, потому что неизвестно почему вдруг возь-
мет - поскользнется и попадет под трамвай! Неужели вы скажете,
что это он сам собою управил так? Не правильнее ли думать, что
управился с ним кто-то совсем другой?- И здесь незнакомец рас-
смеялся странным смешком.
Берлиоз с великим вниманием слушал неприятный рассказ про
саркому и трамвай, и какие-то тревожные мысли начали мучать
его. "Он не иностранец! Он не иностранец!- Думал он, - он пре-
странный суб"ект... Но позвольте, кто же он такой?"
- Вы хотите курить, как я вижу?- Неожиданно обратился к
Бездомному неизвестный, - вы какие предпочитаете?
- А у вас разные, что ли есть?- Мрачно спросил поэт, у ко-
торого папиросы кончились.
- Какие предпочитаете?- Повторил неизвестный.
- Ну, "нашу марку", - Злобно ответил Бездомный.
Незнакомец немедленно вытащил из кармана портсигар и пред-
ложил его Бездомному:
- "наша марка".
И редактора и поэта не столько поразило то, что нашлась в
портсигаре именно "наша марка", Сколько сам портсигар. Он был
громадных размеров, червонного золота, и на крышке его при от-
крывании сверкнул синим и белым огнем бриллиантовый треуголь-
ник.
Тут литераторы подумали разно. Берлиоз: "нет, иностранец!",
А Бездомный: "вот черт его возьми! А?"
Поэт и владелец портсигара закурили, а некурящий Берлиоз
отказался.
"Надо будет ему возразить так, - решил Берлиоз, - да, чело-
век смертен, никто против этого и не спорит. А дело в том,
что..."
Однако он не успел выговорить этих слов, как заговорил ино-
странец:
- да, человек смертен, но это было бы еще полбеды. Плохо
то, что он иногда внезапно смертен, вот в чем фокус! И вообще
не может сказать, что он будет делать в сегодняшний вечер.
"Какая-то нелепая постановка вопроса..."- Помыслил Берлиоз
и возразил:
- ну, здесь уж есть преувеличение. Сегодняшний вечер мне
известен более или менее точно. Само собой разумеется, что,
если на бронной мне свалится на голову кирпич...
- Кирпич ни с того ни с сего, - внушительно перебил не-
известный, - никому и никогда на голову не свалится. В част-
ности же, уверяю вас, вам он ни в коем случае не угрожает. Вы
умрете другой смертью.
- Может быть, вы знаете, какой именно?- С совершенно есте-
ственной иронией осведомился Берлиоз, вовлекаясь в какой-то
действительно нелепый разговор, - и скажете мне?
- Охотно, - отозвался незнакомец. Он смерил Берлиоза взгля-
дом, как будто собирался сшить ему костюм, сквозь зубы пробор-
мотал что-то вроде:"раз, два... Меркурий во втором доме... Луна
ушла... Шесть- несчастье... Вечер - семь..."- И громко и радо-
стно об"явил:- вам отрежут голову!
Бездомный дико и злобно вытаращил глаза на развязного не-
известного, а Берлиоз спросил, криво усмехнувшись:
- а кто именно? Враги? Интервенты?
- Нет, - ответил собеседник, - русская женщина, комсомолка.
- Гм...- Промычал раздраженный шуточкой неизвестного берли-
оз, - ну, это, извините, маловероятно.
- Прошу и меня извинить, - ответил иностранец, - но это
так. Да, мне хотелось бы спросить вас, что вы будете делать
сегодня вечером, если это не секрет?
- Секрета нет. Сейчас я зайду к себе на садовую, а потом в
десять часов вечера в массолите состоится заседание, и я буду
на нем председатальствовать.
- Нет, этого быть никак не может, - твердо возразил ино-
странец.
- Это почем
мет - поскользнется и попадет под трамвай! Неужели вы скажете,
что это он сам собою управил так? Не правильнее ли думать, что
управился с ним кто-то совсем другой?- И здесь незнакомец рас-
смеялся странным смешком.
Берлиоз с великим вниманием слушал неприятный рассказ про
саркому и трамвай, и какие-то тревожные мысли начали мучать
его. "Он не иностранец! Он не иностранец!- Думал он, - он пре-
странный суб"ект... Но позвольте, кто же он такой?"
- Вы хотите курить, как я вижу?- Неожиданно обратился к
Бездомному неизвестный, - вы какие предпочитаете?
- А у вас разные, что ли есть?- Мрачно спросил поэт, у ко-
торого папиросы кончились.
- Какие предпочитаете?- Повторил неизвестный.
- Ну, "нашу марку", - Злобно ответил Бездомный.
Незнакомец немедленно вытащил из кармана портсигар и пред-
ложил его Бездомному:
- "наша марка".
И редактора и поэта не столько поразило то, что нашлась в
портсигаре именно "наша марка", Сколько сам портсигар. Он был
громадных размеров, червонного золота, и на крышке его при от-
крывании сверкнул синим и белым огнем бриллиантовый треуголь-
ник.
Тут литераторы подумали разно. Берлиоз: "нет, иностранец!",
А Бездомный: "вот черт его возьми! А?"
Поэт и владелец портсигара закурили, а некурящий Берлиоз
отказался.
"Надо будет ему возразить так, - решил Берлиоз, - да, чело-
век смертен, никто против этого и не спорит. А дело в том,
что..."
Однако он не успел выговорить этих слов, как заговорил ино-
странец:
- да, человек смертен, но это было бы еще полбеды. Плохо
то, что он иногда внезапно смертен, вот в чем фокус! И вообще
не может сказать, что он будет делать в сегодняшний вечер.
"Какая-то нелепая постановка вопроса..."- Помыслил Берлиоз
и возразил:
- ну, здесь уж есть преувеличение. Сегодняшний вечер мне
известен более или менее точно. Само собой разумеется, что,
если на бронной мне свалится на голову кирпич...
- Кирпич ни с того ни с сего, - внушительно перебил не-
известный, - никому и никогда на голову не свалится. В част-
ности же, уверяю вас, вам он ни в коем случае не угрожает. Вы
умрете другой смертью.
- Может быть, вы знаете, какой именно?- С совершенно есте-
ственной иронией осведомился Берлиоз, вовлекаясь в какой-то
действительно нелепый разговор, - и скажете мне?
- Охотно, - отозвался незнакомец. Он смерил Берлиоза взгля-
дом, как будто собирался сшить ему костюм, сквозь зубы пробор-
мотал что-то вроде:"раз, два... Меркурий во втором доме... Луна
ушла... Шесть- несчастье... Вечер - семь..."- И громко и радо-
стно об"явил:- вам отрежут голову!
Бездомный дико и злобно вытаращил глаза на развязного не-
известного, а Берлиоз спросил, криво усмехнувшись:
- а кто именно? Враги? Интервенты?
- Нет, - ответил собеседник, - русская женщина, комсомолка.
- Гм...- Промычал раздраженный шуточкой неизвестного берли-
оз, - ну, это, извините, маловероятно.
- Прошу и меня извинить, - ответил иностранец, - но это
так. Да, мне хотелось бы спросить вас, что вы будете делать
сегодня вечером, если это не секрет?
- Секрета нет. Сейчас я зайду к себе на садовую, а потом в
десять часов вечера в массолите состоится заседание, и я буду
на нем председатальствовать.
- Нет, этого быть никак не может, - твердо возразил ино-
странец.
- Это почем