вниз, а потому она жмется предпочтительно к тем местам берега, где
вода идет тише: на этом основан лов наметкой. Рыбак, стоя на берегу,
закидывает наметку (сетка которой сейчас надувается водою) как можно дальше,
опускает бережно на дно, легонько подводит к берегу и, прижимая к нему
плотно, но не задевая за неровности, вытаскивает наметку отвесно, против
себя, перехватывая шест обеими руками чем ближе к сетке, тем проворнее.
Очевидно, что тут, кроме ловкости, надо много силы: быстрое течение сносит
наметку вниз, для чего иногда нужно конец шеста положить на плечо, чтоб на
упоре легче было прямо погрузить наметку в воду: ибо наметка должна идти
прямо поперек реки и разом всеми тремя сторонами рамы прикоснуться к стенам
берега, чтоб захватить стоящую возле него рыбу. Если как-нибудь течением
воды наметку заворотит и она боком или краем ударится в берег, рыба от
берега бросится в противную сторону, испугает и увлечет за собою всю другую
рыбу, около стоявшую, хотя бы она и не видала, отчего происходит тревога, -
и в таком случае здесь поймать уже нельзя ничего. Мутность воды мешает рыбе
видеть приближение рыболовной спасти, и наметка загребает, так сказать, в
свой кошель всякую рыбу, которая стояла у берега на этом месте. Обыкновенно
попадаются щучки, окуни, ерши, плотва, по большей части мелкая, но иногда
захватываются другие породы рыб, довольно крупные. В реках и речках,
изобильных рыбою, крутоберегих, узких, особенно в верховьях больших прудов,
в эту пору года можно и наметкой наловить множество рыбы. Весело вытряхивать
на снег или на оттаявший берег тяжелую наметку, нагруженную в мотне рыбою,
разнообразие которой особенно приятно. Тут и щука - голубое перо, и
полосатый окунь, и пестрый ерш, до того уродливо полный икрою, что точно
брюшко и бока его набиты угловатыми камешками. Тут и многие другие,
золотистые, серебристые, проворные, красивые, давно не виданные охотником
жители водяного царства!
Но вот летняя теплая туча засинела на юго-западном крае горизонта,
брызнули дождевые капли... гром... и полился дождь... Пора обмыть землю,
выходящую из-под снега, опутанную тенетниками, или паутинами, пора растопить
и согнать последние снежные, обледенелые сугробы! Тронулись большие овраги,
подошла лесная вода, бегут потоки, журчат ручьи со всех сторон в реку - и
река выходит из берегов, затопляет низменные места, и рыба, оставляя
бесполезные берега, бросается в полой. Наметка уже не годится: пришла пора
употреблять другие рыболовные снасти. Эти снасти: морды, или верши, вятели
(* Или вентели, которые в Можайском уезде называются жохами), хвостуши.
Морда (нерот, или нарот - по-московски, или верша - по-тульски) есть не что
иное, как плетенный из ивовых прутьев круглый, продолговатый мешок или
бочонок, похожий фигурою на растопыренный колпак; задняя часть его
кругловата и крепко связана, к самому хвосту прикреплен камень, а передняя
раскрыта широко, четвероугольною квадратною рамою, в аршин и даже в аршин с
четвертью в квадрате (* Около Москвы плетут нерота круглые, но это неудобно:
они неплотно ложатся на дно и вставляются в язы, и дыры надо затыкать
лапником, то есть ветвями ели). Внутри этой отверстой стороны выплетено, из
прутьев же, горло в виде воронки, для того чтобы рыбе войти было удобно, а
назад выйти нельзя.
Для ставленья морд в
вода идет тише: на этом основан лов наметкой. Рыбак, стоя на берегу,
закидывает наметку (сетка которой сейчас надувается водою) как можно дальше,
опускает бережно на дно, легонько подводит к берегу и, прижимая к нему
плотно, но не задевая за неровности, вытаскивает наметку отвесно, против
себя, перехватывая шест обеими руками чем ближе к сетке, тем проворнее.
Очевидно, что тут, кроме ловкости, надо много силы: быстрое течение сносит
наметку вниз, для чего иногда нужно конец шеста положить на плечо, чтоб на
упоре легче было прямо погрузить наметку в воду: ибо наметка должна идти
прямо поперек реки и разом всеми тремя сторонами рамы прикоснуться к стенам
берега, чтоб захватить стоящую возле него рыбу. Если как-нибудь течением
воды наметку заворотит и она боком или краем ударится в берег, рыба от
берега бросится в противную сторону, испугает и увлечет за собою всю другую
рыбу, около стоявшую, хотя бы она и не видала, отчего происходит тревога, -
и в таком случае здесь поймать уже нельзя ничего. Мутность воды мешает рыбе
видеть приближение рыболовной спасти, и наметка загребает, так сказать, в
свой кошель всякую рыбу, которая стояла у берега на этом месте. Обыкновенно
попадаются щучки, окуни, ерши, плотва, по большей части мелкая, но иногда
захватываются другие породы рыб, довольно крупные. В реках и речках,
изобильных рыбою, крутоберегих, узких, особенно в верховьях больших прудов,
в эту пору года можно и наметкой наловить множество рыбы. Весело вытряхивать
на снег или на оттаявший берег тяжелую наметку, нагруженную в мотне рыбою,
разнообразие которой особенно приятно. Тут и щука - голубое перо, и
полосатый окунь, и пестрый ерш, до того уродливо полный икрою, что точно
брюшко и бока его набиты угловатыми камешками. Тут и многие другие,
золотистые, серебристые, проворные, красивые, давно не виданные охотником
жители водяного царства!
Но вот летняя теплая туча засинела на юго-западном крае горизонта,
брызнули дождевые капли... гром... и полился дождь... Пора обмыть землю,
выходящую из-под снега, опутанную тенетниками, или паутинами, пора растопить
и согнать последние снежные, обледенелые сугробы! Тронулись большие овраги,
подошла лесная вода, бегут потоки, журчат ручьи со всех сторон в реку - и
река выходит из берегов, затопляет низменные места, и рыба, оставляя
бесполезные берега, бросается в полой. Наметка уже не годится: пришла пора
употреблять другие рыболовные снасти. Эти снасти: морды, или верши, вятели
(* Или вентели, которые в Можайском уезде называются жохами), хвостуши.
Морда (нерот, или нарот - по-московски, или верша - по-тульски) есть не что
иное, как плетенный из ивовых прутьев круглый, продолговатый мешок или
бочонок, похожий фигурою на растопыренный колпак; задняя часть его
кругловата и крепко связана, к самому хвосту прикреплен камень, а передняя
раскрыта широко, четвероугольною квадратною рамою, в аршин и даже в аршин с
четвертью в квадрате (* Около Москвы плетут нерота круглые, но это неудобно:
они неплотно ложатся на дно и вставляются в язы, и дыры надо затыкать
лапником, то есть ветвями ели). Внутри этой отверстой стороны выплетено, из
прутьев же, горло в виде воронки, для того чтобы рыбе войти было удобно, а
назад выйти нельзя.
Для ставленья морд в