Найти книгу: "Дожить до весны"

Первая зима блокады Ленинграда была самой страшной. Кольцо замкнулось уже 8 сентября, и город оказался к этому не готов. Отопление в квартирах отсутствовало, дрова взять негде, а столбик термометра уже с ноября начал опускаться ниже минус двадцати градусов. Ни электричества, ни воды, ни транспорта, лишь постоянные бомбежки и артобстрелы. И, конечно, те самые «сто двадцать пять блокадных грамм с огнем и кровью пополам», которые очень условно назывались хлебом. В декабре были две недели, когда карточки вообще не отоваривали. Ленинградцы совершали боевые и трудовые подвиги, подростки вставали к станкам вместо старших, ушедших на фронт. Для детей, как Женя Титова и Юрка Егоров, настоящим подвигом было просто дожить до весны, оставшись без взрослых посреди крупнейшей гуманитарной катастрофы XX века – Блокады Ленинграда.

Китайский классический канон в русском переводе. В издание включены исследования "Чуньцю" Д. В. Деопика и А. М. Карапетьянца. В книге представлены материалы по древнейшему источнику сведений об истории Восточной Азии - древнекитайской хронике "Чуньцю" ("Весны и осени"). Китайская традиция приписывает её составление Конфуцию (551-479 гг. до н. э.).

«… Повозка медленно приближалась, и, кажется, его уже заметили. Немец с поднятым воротником шинели, что сидел к нему боком, еще продолжал болтать что-то, в то время как другой, в надвинутой на уши пилотке, что правил лошадьми, уже вытянул шею, вглядываясь в дорогу. Ивановский, сунув под живот гранату, лежал неподвижно. Он знал, что издали не очень приметен в своем маскхалате, к тому же в колее его порядочно замело снегом. Стараясь не шевельнуться и почти вовсе перестав дышать, он затаился, смежив глаза; если заметили, пусть подумают, что он мертв, и подъедут поближе. Но они не подъехали поближе, шагах в двадцати они остановили лошадей и что-то ему прокричали. Он по-прежнему не шевелился и не отозвался, он только украдкой следил за ними сквозь неплотно прикрытые веки, как никогда за сегодняшнюю ночь с нежностью ощущая под собой спасительную округлость гранаты. …»

«… Публика, которой ужасно надоело тратить деньги на дрова, ходить в тяжелых шубах и десятифунтовых калошах, дышать то жестким, холодным, то банным, квартирным воздухом, радостно, стремительно и став на носки протягивает руки навстречу летящей весне. Весна желанная гостья, но добрая ли? Как вам сказать? По-моему, не то, чтобы слишком уж добрая, и нельзя сказать, чтобы слишком уж и злая. Какая бы она ни была, но ждут ее с нетерпением…»

Юля собиралась в санаторий с большой неохотой. Зачем ей лететь за тысячи километров и бросать занятия легкой атлетикой? Она же потеряет форму! Но разве откажешься, когда родители в один голос отправляют тебя отдыхать… К счастью, поездка получилась совсем не такой, как девочка себе представляла. Во-первых, выяснилось: тренироваться можно и тайком, нарушая режим. Во-вторых, море, которого она никогда прежде не видела, оказалось огромным и завораживающим. А в-третьих, Юля поняла, что влюбилась… Только вот что ждет их с Сашей через два месяца, когда влюбленным придет пора разъезжаться по разным городам?