к:
- мы прослушали с вами в замечательном исполнении саввы
ивановича скупого рыцаря. Этот рыцарь надеялся, что резвые ни-
мфы сбегутся к нему и произойдет еще многое приятное в том же
духе. Но, как видите, ничего этого не случилось, никакие нимфы
не сбежались к нему, и музы ему дань не принесли, и чертогов он
никаких не воздвиг, а наоборот, кончил очень скверно, помер к
чертовой матери от удара на своем сундуке с валютой и камнями.
Предупреждаю вас, что и с вами случится что-нибудь в этом роде,
если только не хуже, ежели вы не сдадите валюту!
Поэзия ли пушкина произвела такое впечатление или проза-
ическая речь конферансье, но только вдруг из зала раздался за-
стенчивый голос:
- я сдаю валюту.
- Милости прошу на сцену!- Вежливо пригласил конферансье,
всматриваясь в темный зал.
И на сцене оказался маленького роста белокурый гражданин,
судя по лицу, не брившийся около трех недель. Виноват, как ваша
фамилия?- Осведомился конферансье.
- Канавкин николай, - застенчиво отозвался появившийся.
- А! Очень приятно, гражданин канавкин, итак?
- Сдаю, - тихо сказал канавкин.
- Сколько?
- Тысячу долларов и двадцать золотых десяток.
- Браво! Все, что есть?
Ведущий программу уставился прямо в глаза канавкину, и ни-
канору ивановичу даже показалось, что из этих глаз брызнули
лучи, пронизывающие канавкина насквозь, как бы рентгеновские
97
лучи. В зале перестали дышать.
- Верю!- Наконец воскликнул артист и погасил свой взор, -
верю! Эти глаза не лгут. Ведь сколько же раз я говорил вам, что
основная ваша ошибка заключается в том, что вы недооцениваете
значения человеческих глаз. Поймите, что язык может скрыть ис-
тину, а глаза- никогда! Вам задают внезапный вопрос, вы даже не
вздрагиваете, в одну секунду овладеваете собой и знаете, что
нужно сказать, чтобы укрыть истину, и весьма убедительно гово-
рите, и ни одна складка на вашем лице не шевельнется, но, увы,
встрвоженная вопросом истина со дна души на мнгновение прыгает
в глаза, и все кончено. Она замечена, а вы пойманы!
Произнеся, и с большим жаром, эту очень убедительную речь,
артист ласково осведомился у канавкина:
- где же спрятаны?
- У тетки моей, пороховниковой, на пречистенке...
- А! Это... Постойте... Это у клавдии ильиничны, что ли?
- Да.
- Ах да, да, да! Маленький особнячок? Напротив еще палисад-
ничек? Как же, знаю, знаю! А куда ж вы их там засунули?
- В погребе, в коробке из-под эйнема...
Артист всплеснул руками.
- Видали вы что-нибудь подобное?- Вскричал он огорченно -
да ведь они ж там заплесневеют, отсыреют! Ну мыслимо ли таким
людям доверить валюту? А ? Чисто как дети, ей богу !
- Канавкин и сам понял, что нагрубил и проштрафился, и по-
весил свою хохлатую голову.
- Деньги, - продолжал артист, - должны храниться в госбан-
ке, в специальных сухих и хорошо охраняемых помещениях, а от-
нюдь не в теткином погребе, где их могут, в частности, попор-
тить
- мы прослушали с вами в замечательном исполнении саввы
ивановича скупого рыцаря. Этот рыцарь надеялся, что резвые ни-
мфы сбегутся к нему и произойдет еще многое приятное в том же
духе. Но, как видите, ничего этого не случилось, никакие нимфы
не сбежались к нему, и музы ему дань не принесли, и чертогов он
никаких не воздвиг, а наоборот, кончил очень скверно, помер к
чертовой матери от удара на своем сундуке с валютой и камнями.
Предупреждаю вас, что и с вами случится что-нибудь в этом роде,
если только не хуже, ежели вы не сдадите валюту!
Поэзия ли пушкина произвела такое впечатление или проза-
ическая речь конферансье, но только вдруг из зала раздался за-
стенчивый голос:
- я сдаю валюту.
- Милости прошу на сцену!- Вежливо пригласил конферансье,
всматриваясь в темный зал.
И на сцене оказался маленького роста белокурый гражданин,
судя по лицу, не брившийся около трех недель. Виноват, как ваша
фамилия?- Осведомился конферансье.
- Канавкин николай, - застенчиво отозвался появившийся.
- А! Очень приятно, гражданин канавкин, итак?
- Сдаю, - тихо сказал канавкин.
- Сколько?
- Тысячу долларов и двадцать золотых десяток.
- Браво! Все, что есть?
Ведущий программу уставился прямо в глаза канавкину, и ни-
канору ивановичу даже показалось, что из этих глаз брызнули
лучи, пронизывающие канавкина насквозь, как бы рентгеновские
97
лучи. В зале перестали дышать.
- Верю!- Наконец воскликнул артист и погасил свой взор, -
верю! Эти глаза не лгут. Ведь сколько же раз я говорил вам, что
основная ваша ошибка заключается в том, что вы недооцениваете
значения человеческих глаз. Поймите, что язык может скрыть ис-
тину, а глаза- никогда! Вам задают внезапный вопрос, вы даже не
вздрагиваете, в одну секунду овладеваете собой и знаете, что
нужно сказать, чтобы укрыть истину, и весьма убедительно гово-
рите, и ни одна складка на вашем лице не шевельнется, но, увы,
встрвоженная вопросом истина со дна души на мнгновение прыгает
в глаза, и все кончено. Она замечена, а вы пойманы!
Произнеся, и с большим жаром, эту очень убедительную речь,
артист ласково осведомился у канавкина:
- где же спрятаны?
- У тетки моей, пороховниковой, на пречистенке...
- А! Это... Постойте... Это у клавдии ильиничны, что ли?
- Да.
- Ах да, да, да! Маленький особнячок? Напротив еще палисад-
ничек? Как же, знаю, знаю! А куда ж вы их там засунули?
- В погребе, в коробке из-под эйнема...
Артист всплеснул руками.
- Видали вы что-нибудь подобное?- Вскричал он огорченно -
да ведь они ж там заплесневеют, отсыреют! Ну мыслимо ли таким
людям доверить валюту? А ? Чисто как дети, ей богу !
- Канавкин и сам понял, что нагрубил и проштрафился, и по-
весил свою хохлатую голову.
- Деньги, - продолжал артист, - должны храниться в госбан-
ке, в специальных сухих и хорошо охраняемых помещениях, а от-
нюдь не в теткином погребе, где их могут, в частности, попор-
тить