Найти книгу: "2. Геноциды и их отрицание"

Теории заговора необыкновенно популярны сейчас. Не менее популярны они были и сто лет назад, и тысячу лет назад. В чем же причины этой популярности и столь головокружительного успеха? По мнению автора, теории заговора помогают нам выживать. Наш мозг создает их и выбирает их, потому что они созвучны ему – это результат работы нашей лимбической системы. Потому теории заговора неискоренимы. Но их изучение может помочь нам разобраться в механизмах работы нашего мозга, лучше понять себя и те социальные системы, в которых мы существуем.

В данном пособии описаны все основные средства для выражения отрицания в немецком языке. К каждому разделу книги даны тренировочные упражнения. Ключи к наиболее трудным упражнениям обеспечивают самоконтроль. Это пособие может быть использовано учителем для самообразования и при подготовке к урокам по изучению данной грамматической темы.

Действие романа «Отрицание отрицания» разворачивается в период с революции 1917 года до начала Великой Отечественной войны. В центре повествования – дворянская семья Вересковских, каждый член которой избирает свой путь… Писатель называет Россию страной отрицания и пытается найти в прошлом истоки сегодняшних бед.

Сын главы крупнейшей корпорации Егор Богдановский погиб из-за обострения язвы – во всяком случае, так утверждают врачи. Близкие, а среди них известные политики, влиятельные бизнесмены, актеры, не верят этому и обращаются к эксперту-аналитику Дронго с просьбой провести расследование. Дронго – лучший в своем деле, но даже ему трудно работать среди тех, кто привык к власти и вседозволенности. Все его версии – месть, ревность, зависть – опровергаются по ходу дела. Он уже готов признать свое поражение, но сущая мелочь, всего несколько слов в разговоре, внезапно определяет и мотивы преступления, и самого убийцу…

«…Почему воинская повинность признается обязательною, почти не вызывая споров, тогда как обязательность образования вызывает постоянные споры? И Лесков сознается, что он отстоял русский народ от школьной повинности, хотя и сам не знает, хорошо ли он это сделал…»

«Каждый раз, когда вдалеке громыхали вагоны подходившего к станции поезда, Дик с тоской вспоминал о доме. Он всегда прислушивался к этим звукам – и в дозоре, и вне службы…»