Я! Помню! Чудное! Мгновенье!.. Вместо мемуаров
Автор: Ирина Тосунян
Год издания: 0000
Разговор о литературе, музыке, живописи, театре со знаменитыми собеседниками. Герои книги – Вениамин Каверин, Венедикт Ерофеев, Юрий Левитанский, Сергей Аверинцев, Арсений и Андрей Тарковские, Лидия Чуковская, Тамара Иванова, Юрий Нагибин, Борис Хазанов, Владимир Дудинцев, Лидия Григорьева, Юрий Карабчиевский, Семен Липкин, Тонино Гуэрра, Вера Кальман, Давид Тухманов, Константин Райкин, Александр Есенин-Вольпин, Александр Волков, Владимир Витковский и многие другие… В книге использованы работы фотокорреспондентов «ЛГ» Владимира Богданова, Александра Карзанова и других авторов, на обложке и шмуцтитулах – рисунки художника Владимира Витковского.
В мгновенье ока (сборник)
Автор: Рэй Брэдбери
Год издания:
Великий мастер, которому в этом году исполняется 90 лет, зачаровал миллионы читателей во всем мире и каждой своей книгой доказывает, что Музе неважен возраст того, кому она поклялась в верности.
Сборник рассказов «В мгновенье ока» с блеском демонстрирует весь творческий диапазон кудесника Брэдбери: от теплой человечности, сентиментальности в лучшем смысле этого слова до густо замешенной на черном юморе трагикомедии.
Каска вместо подушки. Воспоминания морского пехотинца США о войне на Тихом океане
Автор: Роберт Леки
Год издания:
Роберт Леки, один из самых известных американских военных историков, в январе 1942 года вступил в Корпус Морской пехоты добровольцем. Он вспоминает, как вместе с другими новобранцами они защищали интересы США в Тихом океане. И все же эта книга не только об ужасах войны. Уморительные байки морпехов, в промежутках между боями рассказы о любовных приключениях в Австралии делают повествование запоминающимся и ярким.
Помню
Автор: Василий Головачев
Год издания:
Вместо послесловия
Автор: Максим Горький
Год издания:
«Странные бывают совпадения мнений…»
Вместо введения. Помянем прошлое
Автор: Владимир Михайлович Шулятиков
Год издания:
«…Интеллигенция начала XIX века, напротив, не блещет пестротой своих костюмов. Интеллигент-разночинец перестает на время играть видную роль, теряется на время в толпе интеллигентов-дворян. Если он изредка и заявляет о своем существовании, то должен делать это робко, подделываясь под общий тон и вкусы доминирующей интеллигенции; в противном случае, даже наиболее прогрессивные писателей окрестят его презрительной кличкой «семинариста» или «торгаша». Мы не будем вскрывать здесь тех причин, которые создали новую интеллигенцию…»