Найти книгу: "Двенадцать фотокарточек памяти. Рождественская повесть"

Друзья-студенты отправляются в глухую деревню, и начинается хоррор с призраками, ведьмой и погибшим нацистским летчиком. Но не стоит ждать от книги насилия и хитроумных смертей – как и вообще легкого чтения. Хоррор – только верхний слой повести, переосмысляющей традиционные для русской литературы темы лишних людей, подражательной жизни и богоискательства.

И. Ильф и Е. Петров завершили роман "Двенадцать стульев" в 1928 году, но еще до первой публикации цензоры изрядно сократили, "почистили" его. Правка продолжалась от издания к изданию еще десять лет. В итоге книга уменьшилась почти на треть. Публикуемый ныне вариант - первый полный - реконструирован по архивным материалам. Книга снабжена обширным историко-литературным и реальным комментарием.

Первая половина четырнадцатого тома заключает в себе те исторические произведения, коими заканчиваются списки Никоновской летописи, а именно: 1) Повесть о честном житии царя и великого князя Федора Иоанновича всея Руси и 2) Новый Летописец. Оба эти памятника представляют собой самостоятельные произведения; они не имеют внутренней связи с Никоновским сводом и были составлены значительно позднее его.

Осенью 1827 года, когда я некоторое время жид в штате Виргиния под Шарлоттсвиллом, мне довелось познакомиться с мистером Огестесом Бедлоу. Это был молодой человек, замечательный во всех отношениях, и он пробудил во мне глубокий интерес и любопытство. Я обнаружил, что и телесный и духовный его облик равно для меня непостижимы. О его семье я не смог получить никаких достоверных сведений. Мне так и не удалось узнать, откуда он приехал. Даже его возраст - хотя я и назвал его "молодым человеком" - в немалой степени смущала меня.