Найти книгу: "Кровавая обитель"

Темны дела твои, Господи! Как всё меняется со временем! То, что в старину было медвежьим углом, пустынным горным перевалом, где несколько монахов спасали свои души в благословенном уединении своего монастыря, сегодня превратилось в фешенебельный горнолыжный курорт. И здесь теперь богатые иностранцы прожигают жизнь и развлекаются со своими подружками. Однако для всех безбожников уже уготован Божий суд и пусть не скорая, но неизбежная расправа. Их уже подстерегают монахи заблудившиеся в хитросплетениях пространства и времени.

Новая напасть обрушилась на многострадальный Хлынь-град. Измученным правлением обезумевшего от собственной жестокости самозваного князя Добровола жителям города теперь грозила неотвратимая гибель. И несли ее Призрачные всадники, которые стремились заменить мир живых людей миром мертвецов. Остановить эту страшную армию мог только Глеб Орлов, по воле судьбы заброшенный из современности в изначальные годы Руси. Тяжелейшие испытания ожидают Глеба и его спутников на пути к Порталу — вратам, ведущим в мир Иноземья...

Спецслужбы всегда и везде подвержены отрицательному отбору. Лишь при Сталине, который взял их под жесточайший контроль, проводя чистки регулярно и беспощадно, органы государственной безопасности работали не на себя, а на благо страны.

«Поздним вечером, когда маленькое холодное Солнце клонилось за край горизонта, над бурой марсианской равниной пронеслось сверкающее металлическое яйцо. Человек сведущий опознал бы в нем малую посадочную капсулу, сброшенную с пролетающего мимо межпланетного корабля. Человек знающий сказал бы, что это военная модификация, к тому же изрядно потрепанная и побывавшая не в одном бою…»

«Пармская обитель» – второй после «Красного и черного» роман об эпохе Реставрации. Действие этого остросюжетного произведения, насыщенного сложными перипетиями политической борьбы и резкими поворотами в личных судьбах героев перенесено в Италию, столь любимую автором. Книга была высоко оценена Бальзаком, отметившим достоверность и психологическую глубину характеров; она прочно вошла в золотой фонд мировой реалистической классики.